Род Годуновых происходил из Костромы от боярина Дмитрия Зерно, служившего великому московскому князю Ивану Даниловичу Калите (1288—1340). По Государеву родословцу, составленному около 1555 года, у Дмитрия Зерно «было три сына: Иван, да Константин Шея, бездетен, да Дмитрей. А у Ивана Дмитреевича дети: Фёдор Сабур, Данило Подольской, бездетен, да Иван Годун»[4]. Начиная с Дмитрия Зерна, предки Годунова были боярами при московском дворе. Отец Бориса Годунова, Фёдор Иванович Годунов по прозвищу Кривой, был помещиком средней руки в Вяземском уезде.
Существует версия, согласно которой Годуновы, как и родственные им Сабуровы и Вельяминовы-Зерновы, происходили от татарского мурзы Чета, приехавшего на Русь в 1330 году во времена Ивана Калиты. Эта версия внесена в более поздние редакции Государева родословца (конец XVI века) и, по мнению историков, из-за серьёзных хронологических, генеалогических и общеисторических проблем является недостоверной[5][6][7]. Так, время прибытия Чета практически совпадает с годами службы Дмитрия Зерна, названного внуком Чета. «Сын» Чета, костромской боярин Александр Зерно, убитый в 1304 году, практически полностью выпадает. Если предположить, что Чет в действительности прибыл на Русь раньше — во второй половине XIII века, то это являлось бы беспрецедентным на тот момент случаем, который не остался бы незамеченным в летописях.
Рождение. Ранние годы
Родился Борис Годунов незадолго до покорения Казани, в семье вяземского помещика средней руки Федора Ивановича Годунова. В «Путешествии в Персию через Московию» Георга Тектандера указано, что последний день рождения Борис отмечал 2 августа 1604 г., причём повествование в этой части Тектандер ведёт по старому стилю[8]. Таким образом, наиболее вероятная дата рождения царя — 2 (12) августа 1552 г., ровно за два месяца до взятия Казани. Об отце Фёдоре почти ничего неизвестно, кроме прозвища «Кривой», которое даёт нам представление о физической внешности отца Бориса. Отец Бориса Фёдор и его брат Дмитрий помимо семейных поместий под Вязьмой, с которых несли поместную службу государю, также владели небольшой вотчиной и в Костроме.
После смерти отца, вяземского помещика Федора Кривого (ум. 1569), Бориса взял в свою семью его дядя Дмитрий Годунов. В годы опричниныВязьма, в которой находились владения Дмитрия Годунова, перешла к опричным владениям. Незнатный Дмитрий Годунов был зачислен в опричный корпус и вскоре получил при дворе высокий чин главы Постельного приказа.
Выдвижение
Выдвижение Бориса Годунова начинается в 1570-х годах. В 1570-м он стал опричником, а в 1571-м был дружкой на свадьбе царя Ивана Грозного с Марфой Собакиной. В том же году Борис сам женился на Марии Григорьевне Скуратовой-Бельской, дочери Малюты Скуратова[9]. В 1578 году Борис Годунов становится кравчим. Ещё через два года после женитьбы своего второго сына Фёдора на сестре Годунова Ирине, Иван Грозный пожаловал Бориса званием боярина. Годуновы медленно, но верно поднимались по иерархической лестнице: в конце 1570-х — начале 1580-х гг. они выиграли сразу несколько местнических дел. Участвовал в нескольких походах Ливонской войны, состоял в свите царя Ивана IV и царевича Ивана Ивановича.[10]
Годунов был умён и осторожен, стараясь до поры до времени держаться в тени. В последний год жизни царя Борис Годунов обрёл большое влияние при дворе. Вместе с Б. Я. Бельским он стал одним из приближенных людей Ивана Грозного.
Не вполне ясна роль Годунова в истории смерти царя. 18 (28) марта 1584 г. Грозный, по свидетельству Д. Горсея, был «удушен». Не исключено, что против царя был составлен заговор. Во всяком случае, именно Годунов и Бельский находились рядом с царём в последние минуты его жизни, они же с крыльца объявили народу о смерти государя.
31 мая (10 июня) 1584 года в день коронации царя, Борис Годунов был осыпан милостями: он получил чин конюшего, звание ближнего великого боярина и наместника Казанского и Астраханского царств[13]. Однако это не означало то, что Годунов обладает единоличной властью — при дворе шла упорная борьба боярских группировок Годуновых, Романовых, Шуйских, Мстиславских.
Богдану Бельскому царь поручил строить Царёв-Борисов. По доносу о щедрости Бельского к ратным людям и неосторожных словах: «Борис царь на Москве, а я в Борисове», — Бельский был вызван в Москву, осуждён и сослан в один из отдалённых городов. В следующем году скончался Никита Юрьев, а престарелый князь Мстиславский был насильственно пострижен в монахи. Были выведены из состава Боярской думы и отправлены на воеводство Василий и Пётр Ивановичи Шуйские, Афанасий Фёдорович Нагой[11].
«Кризис власти» не был таким продолжительным, как при малолетстве Ивана IV, когда за влияние боролись Глинские, Бельские и Шуйские, и был бескровным. Так, в конце 1584 года окольничийП. И. Головин, уличённый в хищениях из казны и приговорённый к смертной казни, в последний момент был помилован и сослан на покаяние в монастырь[11].
Фактически, с 1585 года, 13 из 14 лет правления Фёдора Иоанновича — Россией правил Борис Годунов[14].
Глава правительства при царе Фёдоре
Деятельность правления Годунова была нацелена на всестороннее укрепление государственности и престижа Москвы. Во внутренней политике правительства Годунова преобладали здравый смысл и расчётливость.
Внешняя политика
Дипломатия и военные кампании
В 1587 году русским дипломатам во главе с дьяком Посольского приказа Андреем Яковлевичем Щелкаловым удалось продлить действие заключённого в 1582 году Ям-Запольского мирного договора с Речью Посполитой[11].
Во время русско-шведской войны Годунов участвовал в осаде Нарвы по чину первого дворового воеводы и начальника Государевого полка, фактически командовал всей осаждавшей Нарву русской армией. Штурм крепости окончился неудачей, но в итоге осада завершилась подписанием выгодного для русских перемирия.[15]
Разгромив отряд генерала Г. Байера под Ивангородом и блокировав Нарву, русская сторона склонила шведов к мирным переговорам, однако уже в ноябре они были сорваны шведами под водительством маршала К. Флеминга. Позиционные бои до 1593 года не принесли шведам победы. 18 (28) мая 1595 г. в Тявзине (близ Ивангорода) был заключён мирный договор, завершивший русско-шведскую войну 1590—1595 годов. Годунов сумел воспользоваться сложной внутриполитической ситуацией в Швеции, и Русское царство, согласно договору, получило Ивангород, Ям, Копорье и Корелу (взамен Борис оставил шведам Нарву в качестве компенсации). Таким образом, Россия вернула себе все земли, переданные Швеции по итогам неудачной Ливонской войны. Швеция закрепила за собой Ижорскую область и получила право торговли на всей территории Русского государства, которое могло торговать с Европой только через шведские порты Рига и Ревель[11].
Летом 1591 года крымский хан Казы-Гирей с полуторастатысячным войском подошёл к Москве, однако, оказавшись у стен новой мощной крепости и под прицелом многочисленных пушек, штурмовать её не решился. В мелких стычках с русскими отряды хана постоянно терпели поражения. В сражении 5-6(15-16).07.1591 года войска хана потерпели поражение и это вынудило его отступить, бросив обоз. По дороге на юг, в крымские степи, войско хана понесло большие потери от преследовавших его русских полков. При переправе через Оку был разгромлен арьергард крымского войска.[16] За победу над Казы-Гиреем Борис Годунов получил наибольшее вознаграждение из всех участников этой кампании (хотя главным воеводой был не он, а князь Фёдор Мстиславский): три города в Важской земле и звание слуги, которое считалось почётнее боярского. Окончательно закрепив успех при отражении крымских набегов в два последующих года, в 1594 году правительство Годунова заключило с Казы-Гиреем мирный договор в Бахчисарае, после чего на южных рубежах России установился мир до царствования Василия Шуйского.[17]
По сравнению с судебником 1550 года содержит ряд нововведений. Расширены полномочия крестьянской общины (мира), решающего вопросы о границах наделов. Допускается наследование имущества дочерьми в равной доле с сыновьями. Впервые содержит ответственность за плохое содержание дорог, вследствие которого происходят несчастья с людьми или животными[18].
Строительство городов
При Годунове развернулось небывалое строительство городов, церквей, крепостных сооружений. По инициативе Годунова началось выдвижение русских засечных черт далеко в степь и строительство крепостей в Диком поле — степной окраине Руси. В 1585 году была построена крепостьВоронеж, в 1586 — Ливны. Для обеспечения безопасности водного пути от Казани до Астрахани строились города на Волге — Самара (1586), Царицын (1589), Саратов (1590). В 1592 году был восстановлен город Елец. На Донце в 1596 году был построен город Белгород, южнее в 1600 году был выстроен Царёв-Борисов. Началось заселение и освоение опустевших во время ига земель к югу от Рязани (территория нынешней Липецкой области). Ускорилось продвижение русских в Сибирь, где в Ирменском сражении в 1598 году был окончательно разгромлен хан Кучум, основаны города Тюмень (1586), Тобольск (1587), Берёзов (1593), Сургут и Тара (1594), Обдорск (1595), Нарым (1598), Мангазея (1601), Томск (1604) и другие.[19]
В период с 1596 по 1602 годы было построено одно из самых грандиозных архитектурных сооружений допетровской Руси — Смоленская крепостная стена, которую впоследствии стали называть «каменным ожерельем Земли русской». Крепость была построена по инициативе Годунова для защиты западных рубежей Русского государства от Польши. Ещё одним проектом Бориса Годунова стала каменная крепость Борисов городок под Можайском, при которой была также построена Борисоглебская церковь — крупнейший шатровый храм в русской истории.
А. Кившенко. «Царь Фёдор Иоаннович надевает на Бориса Годунова золотую цепь»
При Годунове в жизнь Москвы вошли неслыханные новшества, например, в Кремле был сооружён водопровод, по которому вода поднималась мощными насосами из Москвы-реки по подземелью на Конюшенный двор. Строились и новые крепостные укрепления. В 1584—1591 годах под руководством зодчего Фёдора Савельева по прозвищу Конь[20] были возведены стены Белого города протяжённостью 9 км (они опоясали район, заключённый внутри современного Бульварного кольца). Стены и 29 башен Белого города были сложены из известняка, обложены кирпичом и оштукатурены. В 1592 году на месте современного Садового кольца была построена ещё одна линия укреплений, деревянно-земляная, прозванная за быстроту постройки «Скородомом».
Социальные изменения
Годунов стремился облегчить положение посадских людей. По его решению торговцы и ремесленники, проживавшие в «белых» слободах (частновладельческих, плативших подати крупным феодалам), были причислены к населению «чёрных» слобод (плативших налог — «тягло» — государству). При этом размер «тягла», взимавшегося со слободы в целом, был оставлен прежним, а доля отдельного горожанина в нём уменьшилась.
Хозяйственный кризис 1570-х — начала 1580-х годов заставил пойти на установление крепостной зависимости. 24 ноября (4 декабря) 1597 года был издан указ об «урочных летах», согласно которому крестьяне, бежавшие от господ «до нынешнего… году за пять лет» подлежали сыску, суду и возвращению «назад, где кто жил». На бежавших шесть лет назад и ранее указ не распространялся, их прежним владельцам не возвращали.
Наследником престола при жизни царя Фёдора был его младший брат Дмитрий, сын седьмой жены Ивана Грозного. Дмитрий не был признан церковью официальным наследником, так как был рождён от шестого, неканонического брака с Марией Фёдоровной Нагой, который был признан «блудным», незаконным. После смерти царя Ивана Васильевича Грозного царевичу Дмитрию был выделен Угличский удел[11].
Николай Ге. Борис Годунов и царица Марфа, вызванная в Москву для допроса о царевиче Дмитрии при известии о появлении самозванца
Масса пишет следующее: Брат великого князя [Федора Ивановича], юный царевич Димитрий, был послан в имение (heerlycheyt), находящееся на берегу большой реки Волги, называвшееся Углич (Oulitz), где молодого царевича воспитывали и содержали с тою же пышностью, как самого царя.[21]
15 (25) мая 1591 года при невыясненных обстоятельствах 8-летний царевич погиб в удельном городе Угличе. Официальное расследование проводил боярин Василий Шуйский. Стараясь угодить Годунову, он свёл причины случившегося к «небрежению» бояр Нагих, в результате чего Дмитрий случайно заколол себя ножом, играя со сверстниками. Царевич, по слухам, был болен «падучей» болезнью (эпилепсией).
Летопись времён Романовых обвиняет в убийстве Бориса Годунова, ведь Дмитрий был прямым наследником престола и мешал Борису в продвижении к нему. Исаак Масса приводит такую же версию[21]. Тем не менее участие Годунова в заговоре на жизнь царевича не доказано. В 1829 году историк М. П. Погодин первым рискнул выступить в защиту невиновности Бориса[22]. Обнаруженный в архивах подлинник уголовного дела комиссии Шуйского стал решающим аргументом в споре. Он убедил многих историков XX века (С. Ф. Платонова, Р. Г. Скрынникова) в том, что истинной причиной гибели сына Ивана Грозного всё-таки был несчастный случай. Однако этот вопрос остался дискуссионным, высказываются мнения как о бессмысленности для Годунова смерти царевича (в частности, с указанием на незаконность сына от шестого брака в глазах церкви, а значит, сомнительность его прав на престол), так и о прямой заинтересованности Бориса в его гибели (например, из-за гипотетической мести Дмитрия, в случае восшествия на престол, за его высылку на княжение в Углич)[11].
Годунов на троне
Утвержденная грамота Земского собора 1598 года об избрании на царство Бориса Федоровича Годунова (Плещеевский список). Москва, январь-февраль 1599 (список 1620-х гг.). РГБ.
Выборы царя
7 (17) января 1598 года Фёдор Иоаннович умер, и мужская линия Московской ветви династии Рюриковичей пресеклась. Исаак Масса пишет: «Я твердо убеждён в том, что Борис ускорил его смерть при содействии и по просьбе его жены, желавшей скорее стать царицею, и многие московиты разделяли моё мнение»[21]. Но это опровергается тем, что Ирина — жена Фёдора Иоанновича, которой сразу после смерти супруга присягнули московская знать и приказной люд, сразу после похорон удалилась в Новодевичий монастырь, приняв монашеский постриг под именем Александры и добровольно отказавшись от престола. Единственной близкой наследницей престола осталась троюродная сестра покойного, постриженная в монахини Мария Старицкая (1560—1611), однако её кандидатура не фигурировала в документах[11].
Вместе с сестрой в Новодевичий монастырь удалился и Борис Фёдорович, которому царица-инокиня как будто не давала благословения на царство. В ситуации безначалия ситуацию власти мог решить только Земский собор. Будучи неглупым человеком, Годунов был готов принять престол только от него, а не от Боярской думы, как это практиковалось в соседней Речи Посполитой, где король таким образом становился заложником боярского совета, нескольких группировок знати, враждовавшей друг с другом[11].
По истечении 40-дневного траура по Фёдору Иоанновичу Земский собор собрался в Москве 17 (27) февраля 1598 года. В нём приняли участие от 474 до 600 делегатов от всех сословий и многих земель, которые по рекомендации патриарха Иова и после троекратных уговоров избрали царём шурина Фёдора, Бориса Годунова, и принесли ему присягу на верность, о чём каждый из делегатов поставил «заручную скрепу» на «Утверждённой грамоте»[11].
7107 (1598), Сентября 1 короновался царь Борис Федорович от патриарха, Мстиславский корону нес и золотом осыпал. В Сибири построен город Мангазея от князя Василия Масальского-Рубца 1599 году.
Сближение с Западом
Борису Годунову сообщают о его избрании на царство
Царствование Бориса ознаменовалось начавшимся сближением России с Западом. Не было прежде на Руси государя, который столь благоволил бы к иностранцам, как Годунов. Он стал приглашать иноземцев на службу. В 1604 г. посылал окольничего М. И. Татищева в Грузию, чтобы просватать дочь за местного царевича.
Контакты Русского государства с Европой, начавшие активно развиваться ещё во времена Ивана III, существенно сократились к концу правления Ивана Грозного. В царствование Бориса связи с заграницей вновь оживились. В Москву ехали купцы, врачи, промышленники, военные, ученые люди. Они получали должности, хорошее жалование, земли с крестьянами. Было намерение у царя Бориса открыть в Москве университет, но тому помешало консервативное духовенство, боявшееся, что вместе со знанием на Русь придут и всяческие ереси. Европейская культура проникла в русский обиход. Это касалось одежды, жилья, светских церемоний и даже таких вещей, как бритьё бород. Борис посылал русских людей на обучение за границу, но они, как правило, не хотели возвращаться на родину; впрочем, и у Петра Великого были с этим проблемы[23]. Можно отметить также и другие общие стороны в политике этих двух правителей России, которых разделяет более 100 лет: сближение с Европой, перенесение западной культуры на русскую землю.
Политическая борьба
Портрет царя Бориса из Царского титулярника конца XVII в.
Первый царь не из Рюриковичей (если не считать такое подставное лицо, как Симеон Бекбулатович), Годунов представлял собой одну из сильнейших фигур Боярской думы, в которой на момент его избрания помимо него самого было 17 представителей тесно связанных между собой родством 9 аристократических фамилий, распределённых в «Утверждённой грамоте» так («по чести»):
Первые решения нового государя были связаны с реорганизацией двора, где представители этих родовитых фамилий получили посты в соответствии с восстановленной «местнической традицией», нарушенной опричниной Ивана Грозного. Таким образом царь обеспечил себе поддержку элиты[11].
Несмотря на предыдущие опалы, самое высокое положение в думе Годунова заняли суздальские князья Василий, Дмитрий, Александр и Иван Шуйские[24]. Борис пожаловал в бояре князя М. П. Катырева-Ростовского, в окольничие — князя Д. И. Хилкова. Князь П. И. Буйносов-Ростовский стал думным дворянином, а позже боярином[24].
Более того: поначалу он проявил лояльность даже к явным врагам. Александр Никитич Романов после коронации Годунова получил боярство, а его брат Михаил Романов — окольничество. Немало повредивший Годуновым при царе Федоре и сосланный за это князь А. П. Куракин получил чин боярина. Не доверяя Голицыным, царь тем не менее сделал боярином князя В. В. Голицына[24].
Однако острейшая борьба за власть вокруг трона продолжалась. Укрепив свои позиции, Годунов постарался избавиться от самых опасных оппонентов. При этом прибегал к опалам, но на плаху никого из политических оппонентов не послал[11].
В 1600 году был пострижен в монахи под именем Филарета Фёдор Никитич Романов и отправлен в Холмогоры, в Антониево-Сийский монастырь[11]. Жену его, постригши под именем Марфы, сослали в Толвуйский Заонежский погост, а малолетнего сына их Михаила (будущего царя) на Белоозеро. Окольничий Михаил Никитич Романов был сослан в Ныроб в Пермский край, где был посажен в цепи в тесную затхлую яму и через год скончался. Преследования со стороны Годунова вызывали в народе сочувствие к его жертвам. Так крестьяне Толвуйского погоста тайно помогали инокине Марфе и «проведывали» для неё новости о Филарете[25].
По словам современника, «цвёл он, как финик, листвием добродетели, и если бы терн завистной злобы не помрачал цвета его добродетели, то мог бы древним царям уподобиться. От клеветников изветы на невинных в ярости суетно принимал и поэтому навёл на себя негодование чиноначальников всей Русской земли: отсюда много напастных зол на него восстали и доброцветущую царства его красоту внезапно низложили»[26].
Подозрительность эта на первых порах уже проявилась в клятвенной записи, но впоследствии дело дошло до опалы. Князьям Мстиславскому и В. И. Шуйскому, которые по знатности рода могли иметь притязания на престол, Борис не позволял жениться. С 1600 г. подозрительность царя заметно возрастает. Быть может, не лишено вероятности известие Маржерета, что уже в то время поползли тёмные слухи, будто Димитрий жив.
Царствование Бориса начиналось успешно, однако череда опал породила уныние, а вскоре разразилась и настоящая катастрофа. Великий голод в России 1601—1603 годов, который способствовал народным брожениям Смутного времени. Лето, наступившее после катастрофы, было самым холодным за последние 500 лет. В 1601 г. шли долгие дожди, а затем грянули ранние морозы и, по словам современника, «поби мраз сильный всяк труд дел человеческих в полех». В следующем 1602 году холода и неурожай повторились. В стране начался голод, продолжавшийся три года. Цена хлеба выросла в 100 раз. Чувствуя, что вера в него как в государя исчезает, Борис запрещал продавать хлеб дороже определённого предела, даже прибегая к преследованиям тех, кто взвинчивал цены, но успеха не добился. Стремясь помочь голодающим, он не жалел средств, широко раздавая беднякам деньги. Но хлеб дорожал, а деньги теряли цену. Борис приказал открыть для голодающих царские амбары. Однако даже их запасов не хватало на всех голодных, тем более, что, узнав о раздаче, люди со всех концов страны потянулись в Москву, бросив те скудные запасы, которые всё же имелись у них дома. Люди начинали думать, что это — кара Божья, что царствование Бориса Годунова незаконно и не благословляется Богом.
Золотой Угорский Бориса Годунова[27]Соборная площадь во времена Годунова
В 1601—1602 гг. Годунов пошёл даже на временное восстановление Юрьева дня. Правда, он разрешил не выход, а лишь вывоз крестьян. Дворяне таким образом спасали свои имения от окончательного запустения и разорения. Разрешение, данное Годуновым, касалось лишь мелких служилых людей, оно не распространялось на земли членов Боярской думы и духовенства. Но и этот шаг ненамного укрепил положение царя. По стране прокатились народные бунты.
Массовый голод и недовольство установлением «урочных лет» стали причиной крупного восстания под руководством Хлопка (1602—1603 гг.), главной движущей силой которого были боевые холопы и даже провинциальные дворяне[24]. Повстанческое движение охватило около 20 уездов центральной России и юга страны. Восставшие объединялись в крупные отряды, которые продвигались к Москве. Против них Борис Годунов направил войско под командованием И. Ф. Басманова. В сентябре 1603 года в ожесточённом сражении под Москвой повстанческая армия Хлопка была разбита. Басманов погиб в бою, а сам Хлопок был тяжело ранен, взят в плен и казнён[11].
Вместе с тем Исаак Масса сообщает, что «…запасов хлеба в стране было больше, чем могли бы его съесть все жители в четыре года… у знатных господ, а также во всех монастырях и у многих богатых людей амбары были полны хлеба, часть его уже погнила от долголетнего лежания, и они не хотели продавать его; и по воле божией царь был так ослеплён, невзирая на то, что он мог приказать всё, что хотел, он не повелел самым строжайшим образом, чтобы каждый продавал свой хлеб».[21]
Появление самозванца
Из Речи Посполитой поползли слухи, что «прирождённый государь», царевич Дмитрий, жив. Годунов был напуган нависшей над ним угрозой. О Годунове хулители отзывались нелестно — «рабоцарь[28][29]». В начале 1604 года было перехвачено письмо одного иноземца из Нарвы, в котором объявлялось, что у казаков находится чудом спасшийся Дмитрий, и Московскую землю скоро постигнут большие несчастья.
16 (26) октября 1604 г. Лжедмитрий I с горсткой поляков и казаков двинулся на Москву. Даже проклятия московского патриарха не остудили народного воодушевления на пути «царевича Дмитрия». Однако в январе 1605 г. отправленные Годуновым правительственные войска в битве при Добрыничах разбили самозванца, который с немногочисленными остатками своей армии был вынужден уйти в Путивль.
Смерть и потомство
Гробница Годуновых в Троице-Сергиевой лавре
Ситуация для Годунова осложнялась из-за состояния его здоровья. Уже с 1599 года появляются упоминания о его болезнях, нередко царь недомогал и в 1600-х годах. Однако 13 апреля 1605 года Борис Годунов казался весёлым и здоровым, много и с аппетитом ел. Потом поднялся на вышку, с которой нередко обозревал Москву. Вскоре сошёл оттуда, сказав, что чувствует дурноту. Позвали лекаря, но царю стало хуже: из ушей и носа пошла кровь. Царь лишился чувств и вскоре умер в возрасте 53 лет.
13 апреля по старому стилю Борис был весьма весел, или представлялся таким, весьма много ел за обедом и был радостнее, чем привыкли видеть его приближенные. Отобедав, он отправился в высокий терем, откуда мог видеть всю Москву с её окрестностями, и полагают, что там он принял яд, ибо как только он сошел в залу, то послал за патриархом и епископами, чтобы они принесли ему монашеский клобук (monicxcappe) и тотчас постригли его, ибо он умирал, и как только эти лица сотворили молитву, постригли его и надели на него клобук, он испустил дух и скончался около трех часов пополудни.
мы подозревали, что царь умер, однако, никто не осмеливался сказать; на другой день узнали об этом повсюду, когда все служилые люди и придворные в трауре отправились в Кремль; доктора, бывшие наверху, тотчас увидели, что это случилось от яду и сказали об этом царице и никому более.[21]
Борис Годунов, миниатюра «Нового летописца», ок. 1630 г.
Как писал анонимный английский автор отчета о посольстве Томаса Смита:
Смерть царя Бориса случилась совершенно внезапно и к тому же при весьма странных обстоятельствах. Через каких-нибудь два часа после обеда, когда по обыкновению присутствовавшие при этом врачи уже удалились, оставив царя, по их убеждению, в добром здоровье, о котором свидетельствовал и его хороший аппетит за обедом, — государь вообще любил хорошо и плотно покушать, хотя теперь позволительно думать, что в этом он даже доходил до излишества, — он вдруг не только почувствовал себя дурно, но и ощутил боли в желудке, так что, перейдя в свою опочивальню, сам лег в постель и велел позвать докторов (которые успели уже разойтись). Но прежде, чем они явились на зов, царь скончался, лишившись языка перед смертью. Незадолго до своей кончины, он, по его собственному желанию, с величайшею поспешностью был пострижен в иноческий чин, с наречением ему нового имени[30].
Ходили слухи, что Годунов в припадке отчаяния отравился. По другой версии, он был отравлен своими политическими противниками; версия о естественной смерти более вероятна, так как Годунов и раньше нередко болел. Похоронили его в Кремлёвском Архангельском соборе.
Царём стал сын Бориса — Фёдор, юноша образованный и чрезвычайно умный. Вскоре в Москве произошёл мятеж, спровоцированный Лжедмитрием. Царя Фёдора и его мать убили, оставив в живых лишь дочь Бориса — Ксению. Её ждала безотрадная участь наложницы самозванца. Официально было объявлено, что царь Фёдор и его мать отравили себя. Тела их выставили напоказ. Затем из Архангельского собора вынесли гроб Бориса и перезахоронили в Варсонофьевском монастыре близ Лубянки. Там же захоронили и его семью: без отпевания, как самоубийц.
При царе Василии Шуйском останки Бориса, его жены и сына были перенесены в Троицкий монастырь и захоронены у северо-западного угла Успенского собора. 30 июля (9 августа) 1622 года в этом же месте похоронили и Ксению (в иночестве Ольгу)[31]. В 1782 году над гробницами была сооружена усыпальница.
В 1945 году гробница Годуновых была вскрыта антропологомМ. М. Герасимовым, но захоронение оказалось ранее потревоженным грабителями — кости и содержимое гробов были перемешаны, черепа не сохранились[32]:302, и лица представителей династии Годуновых методом антропологической реконструкции оказалось невозможным восстановить.
Внешность
Внешность Бориса Годунова английский путешественник описывает таким образом:
Что касается особы царя Бориса, это был рослый и дородный человек, своею представительностью невольно напоминавший об обязательной для всех покорности его власти; с черными, хотя редкими волосами, при правильных чертах лица, он обладал в упор смотрящим взглядом и крепким телосложением[30].
В 1804 году Фридрих Шиллер начал работу над драмой «Деметриус», в которой Борис должен был стать одним из важных персонажей. Однако писатель умер в 1804 году и не успел закончить пьесу. В 1824—1825 гг. Пушкин написал трагедию «Борис Годунов» (опубликована в 1831 г.), посвящённую царствованию Бориса Годунова и его конфликту с Лжедмитрием I. Действие трагедии происходит в 1598—1605 гг. и заканчивается описанием убийства Фёдора и «провозглашения» новым царём «Дмитрия Ивановича» (широкую известность получила финальная ремарка трагедии — Народ безмолвствует). Первая постановка трагедии — 1870 г., Мариинский театр в Петербурге.
В 1869 г. Модест Мусоргский закончил работу над одноимённой оперой на текст драмы Пушкина, которая впервые была поставлена на сцене того же Мариинского театра (1874 г.).
Скуратова-Бельская, Мария Григорьевна (?—1605) дочь боярина Малюты Скуратова, фаворита Ивана Грозного.
Согласно большинству публикаций, брак Годунова с дочерью всесильного временщика обеспечил ему карьеру. По мнению историка Р. Г. Скрынникова, дело обстояло с точностью до наоборот — Малюта Скуратов, чтобы упрочить своё положение, стремился породниться с главой Постельного приказа Д. И. Годуновым. В условиях террора, проводимого Иваном Грозным, постельничий, ввиду специфики своих обязанностей, стал одним из ближайших лиц к царю. Поэтому Малюта Скуратов был заинтересован в том, чтобы выдать дочь замуж за племянника могущественного боярина[33].
Иван (1587—1588) умер в младенчестве из-за несчастного случая. Борис Годунов, в силу особенностей своей религиозности, во время болезни сына приказал напоить его святой водой и в сильный мороз отнести в храм Василия Блаженного, после чего ребёнок умер[34].
В 2015 году на территории Историко-литературного государственного музея-заповедника А. С. Пушкина в усадьбе Вязёмы, открылся музей Бориса Годунова, экспозиция которого посвящена царю Борису и его времени. Экспозиция развернулась в здании, на месте которого в конце XVI — начале XVII веков стоял дворец Бориса Годунова.
В 1996 году Почта России выпустила марку, посвященную Борису Годунову.
Примечания
↑ • Пугачев А. Н. Вяземский край — родина Бориса Годунова. — Вязьма, 2009. — ISBN 978-5-902327-56-1 • Пугачев А. Н. Вязьма — Родина Бориса Годунова? // Вяземский вестник. — 2002. — № 120—121 от 25 сентября.
↑Родословная книга князей и дворян российских и выезжих. М., 1787. Ч. 1. С. 240. В тексте самого «Государева родословца» XVI в. род Сабуровых и Годуновых был записан в 15-й по счету главе; в разных списках родословных книг эти роды включены в 14—16-ю главы. См.: Лихачев Н. П. Разрядные дьяки XVI века. СПб., 1888. С. 368—369, 375.
↑Веселовский С. Б. Исследования по истории класса служилых землевладельцев. — С. 162-168.
↑Также считает: Кобрин В. Б. Опричнина. Генеалогия. Антропология. Избранные труды. — М., 2008. С. 36.
↑Скрынников Р. Г. Борис Годунов. — М.,: Наука, 1978. С. 12-14.
↑Козляков В. Н. Борис Годунов: Трагедия о добром царе. — М.: «Молодая гвардия», 2011. — 320 с. — (Жизнь замечательных людей. Серия биографий. Вып. 1496(1296)). — С.113—116.
↑Лосик А. В., Щерба В. Н. Русское войско в Смутное время. По сведениям «Истории России с древнейших времён» С. М. Соловьёва. // Военно-исторический журнал. — 2020. — № 4. — С.80—87.
↑Виноградов А. В. Дипломатическое противостояние Москвы и Бахчисарая после договора 1594 года: от мирного соглашения до династического кризиса в Крыму 1596—1597 годов. // Средневековые тюрко-татарские государства = Medieval turkic-tatar states: научный ежегодник. — Казань: Институт истории имени Ш. Марджани, 2018. — № 10. — С.33—62.
↑Судебник царя Федора Иоанновича 1589 г. : по списку собрания Ф. Ф. Мазурина. — Москва: Комиссия печатания государственных грамот и договоров при Московском главном архиве Министерства иностранных дел, типография Г.Лесснера и А.Гешеля, 1900. — XXXIX, 56 с. https://www.prlib.ru/item/372572
↑Этот же архитектор руководил постройкой грандиозных крепостных сооружений в Смоленске (1595—1602 гг.), в закладке которых принимал участие Борис Годунов.
↑Шамин С. М. Жалованная грамота священнику Ермолаю и его потомкам за помощь матери царя Михаила Федоровича инокине Марфе в годы годуновских гонений // «Вестник церковной истории». — 2011. — № 1-2 (21-22). — С. 246—248.
↑Маясова Н. А.Литературный образ Ксении Годуновой и приписываемые ей произведения шитья // Труды Отдела древнерусской литературы. Академия наук СССР. Институт русской литературы (Пушкинский Дом) / Отв. ред. Д. С. Лихачёв.. — М.; Л.: «Наука», 1966. — Т. 22: Взаимодействие литературы и изобразительного искусства в Древней Руси. — С. 294—311.
↑Скрынников Р. Г. Иван Грозный. Борис Годунов. Василий Шуйский. — Москва: АСТ: Транзиткнига, 2005. — С. 428. — 1005 с.
↑Скрынников Р.Г. Иван Грозный. Борис Годунов. Василий Шуйский. — Москва: АСТ: Транзиткнига, 2005. — С. 629. — 1005 с.
Морозова Л. Е. Два царя: Фёдор и Борис. — М.: ООО «Русское слово», 2001.
Нечаенко Д. А. Архетипический подтекст сновидений Царя, Самозванца и слепца в драме А. С. Пушкина «Борис Годунов». // Нечаенко Д. А. История литературных сновидений XIX—XX веков: Фольклорные, мифологические и библейские архетипы в литературных сновидениях XIX-начала XX вв. М.: «Университетская книга», 2011. — С. 246—417. — ISBN 978-5-91304-151-7.
Павлов А. П. Государев двор и политическая борьба при Борисе Годунове. — СПб., 1992.
Платонов С. Ф. Борис Годунов. Мудрец и преступник. — М., 2006.
Скрынников Р. Г. Борис Годунов. — М., «Наука». 1978. — 192 с., ил. — 100 000 экз.
Скрынников Р. Г. Иван Грозный. Борис Годунов. Василий Шуйский. — М., 2005.