Волхвы
![](https://cdn.xn--h1ajim.xn--p1ai/thumb.php?f=%D0%9F%D0%B5%D1%81%D0%BD%D1%8C_%D0%BE_%D0%B2%D0%B5%D1%89%D0%B5%D0%BC_%D0%9E%D0%BB%D0%B5%D0%B3%D0%B5.jpg&width=300)
Волхвы́ (др.-рус. вълхвъ «кудесник, волшебник, гадатель») — в древнерусской традиции служители дохристианских языческих культов[1] (языческие жрецы), звездочёты, чародеи и предсказатели[2], осуществлявшие богослужения и жертвоприношения, которым приписывались умения заклинать стихии и прорицать будущее[3].
Жрецы и волхвы рассматриваются исследователями как разные категории славянского языческого духовенства[4][5]; последние могут связываться только с восточным славянством[6][7].
Этимология
Слово волхв родственно ст.‑слав. влъснѫти «говорить сбивчиво, неясно; бормотать»[8], из чего следует, что волхвы выполняли роль прорицателей и лекарей, главным средством магической практики которых было слово[3]. От волхв происходят слова волшба, волшебство, волхование[2] — «колдовство»[9].
По мнению лингвистов В. В. Иванова и В. Н. Топорова, слово волхв родственно словам волосы, волосатый, волхатый, что, видимо, связано с ношением длинных волос, нестриженностью. В финском языке velho также обозначает колдуна и чародея[10]. Ранее считалось, что слово «волхв» пришло в русский язык от прибалтийско-финского племени чудь (völho)[11].
Александр Гейштор ограничивает это слово Русью, поскольку других индоевропейских эквивалентов нет; по его мнению, это скорее финское заимствование, дошедшее, по-видимому, и до Померании, поскольку словинцам было известно слово *vołchvjanie, wołchwianie, означающее «волшебство»[7].
В Древней Руси волхва могли называть врачом, что означало «заговаривающий, волшебник»[9], «заклинатель, колдун». Слово врач в болгарском языке до сих пор означает знахарь, колдун; в сербохорватском — чародей, колдун, волхв, знахарь; а слово врачити — ворожить, гадать, предсказывать, лечить (знахарством)[12].
Описание и функции
В славянском языческом обществе волхвы выделились как особая группа, связанная с проведением религиозных обрядов, предсказаниями и гаданиями. Волхвование — синоним колдовства, предсказания; волхв считался пророком, шаманом, целителем и составителем снадобий. В Древней Руси понятия «волхв», «врач», «лечец», «балий», «зелейник» и «чародей» фактически являлись синонимами[13]. Предполагается, что волхвы составляли особый социальный слой[14].
По мнению Александра Гейштора, этимология предполагает, что функцией жрецов было знать молитвы и гимны и способы их исполнения, а функцией волхвов — совершать магические действия[5]. Анджей Шиевский говорит о них как о жрецах и волхвах как об отдельных категориях славянского духовенства. Он считает, что волхвы были связаны с шаманскими практиками. Исследователь предполагает, что волхвы пользовались большим уважением в народе, хотя и не имели такого влияния на власть, как жрецы[15]. Ежи Стшельчик трактует волхвов как принадлежащих к восточному славянству[6].
Археолог В. В. Седов считал, что вождь (князь) у древних славян совмещал административные, военные и религиозные функции[16].
В устных и письменных источниках
Согласно «Повести временных лет» (начало XII века), князь Олег до похода на греков спросил «волхвов и кудесников», отчего он умрет, и один из них ответил: от любимого коня. Олег зарёкся садиться на коня и лишь на пятый год после похода вспомнил о нём. Тогда князь узнал, что конь умер, и сказал: «То ти неправо глаголють волсьви… конь умерлъ есть, а я живъ». Он нашёл череп коня и попрал его ногой. Из черепа вышла змея, ужалила князя в ногу, и тот умер. Этот сюжет связывается с традиционным мотивом заклятия, в частности, его ближайшей литературной параллелью является сюжет смерти Орвара-Одда в исландской «Саге об Одде Стреле». Своим невниманием герой оскорбляет провидицу, которая произносит заклятие в отмщение. В работах исследователей летописные волхвы и атрибуты волхования — конский череп и змея, принесшие смерть Олегу, связываются с культом бога Волоса-Велеса. Летописный рассказ о смерти Олега завершается глоссой, посвящённой волхованию, благодаря которой Олег лишается сакрального статуса провидца, присвоенного ему язычниками «невегласами», а волхвы также оказываются не провидцами, а чародеями, погубившими князя[17].
О существовании волхвов и после крещения Руси свидетельствует ряд летописных фрагментов[1]. В древнерусских памятниках волхвы обличались как лжепророки: считалось, что способностью предсказывать судьбу (смерть Вещего Олега и др.) волхвов наделяли бесы[2].
После крещения Руси волхвы стали участниками восстаний и поддерживали оппозиционные киевскому князю силы. Волхвы были близки к семье полоцкого князя Брячислава Изяславича, боровшегося против Ярослава Мудрого. Ярослав Мудрый известен подавлением восстания в Ростовской земле во главе с волхвами в 1024 году. Также, по преданию, он разрушил капище Волоса на месте будущего Ярославля (около 1010).
![](https://cdn.xn--h1ajim.xn--p1ai/thumb.php?f=%D0%9F%D1%80%D0%B8%D1%85%D0%BE%D0%B4_%D0%93%D0%BB%D0%B5%D0%B1%D0%B0_%D0%A1%D0%B2%D1%8F%D1%82%D0%BE%D1%81%D0%BB%D0%B0%D0%B2%D0%B8%D1%87%D0%B0_%D0%9D%D0%BE%D0%B2%D0%B3%D0%BE%D1%80%D0%BE%D0%B4%D1%81%D0%BA%D0%BE%D0%B3%D0%BE_%D0%BA_%D0%B2%D0%BE%D0%BB%D1%85%D0%B2%D1%83.jpg&width=250)
![](https://cdn.xn--h1ajim.xn--p1ai/thumb.php?f=%D0%9A%D0%BD%D1%8F%D0%B7%D1%8C_%D0%93%D0%BB%D0%B5%D0%B1_%D0%A1%D0%B2%D1%8F%D1%82%D0%BE%D1%81%D0%BB%D0%B0%D0%B2%D0%BE%D0%B2%D0%B8%D1%87_%D1%83%D0%B1%D0%B8%D0%B2%D0%B0%D0%B5%D1%82_%D0%B2%D0%BE%D0%BB%D1%85%D0%B2%D0%B0_%D0%BD%D0%B0_%D0%9D%D0%BE%D0%B2%D0%B3%D0%BE%D1%80%D0%BE%D0%B4%D1%81%D0%BA%D0%BE%D0%BC_%D0%B2%D0%B5%D1%87%D0%B5.jpg&width=250)
Сын Брячислава, Всеслав Полоцкий, был рожден «от волхования», носил на шее «рубашку» (пелену), в которой родился, из-за чего, по словам летописца, он был «немилостив на кровопролитие». «Слово о полку Игореве» приписывает князю умения волхвов: оборотничество, гадание и наваждение. Одновременно с неудачной борьбой Всеслава за Новгород и Киев по Руси прокатывается ряд выступлений во главе с волхвами (около 1071): восстание в Новгороде (подавлено князем Глебом), в Ростовской земле и Белоозере (подавлено Яном Вышатичем); волхв объявился и в Киеве, но бесследно исчез в одну из ночей.
![](https://cdn.xn--h1ajim.xn--p1ai/thumb.php?f=%D0%A0%D0%B0%D1%81%D0%BF%D1%80%D0%B0%D0%B2%D0%B0_%D0%B2%D0%BE%D0%BB%D1%85%D0%B2%D0%BE%D0%B2-%D1%8F%D1%80%D0%BE%D1%81%D0%BB%D0%B0%D0%B2%D1%86%D0%B5%D0%B2_%D0%B2_%D0%B3%D0%BE%D0%BB%D0%BE%D0%B4%D0%BD%D0%BE%D0%B5_%D0%B2%D1%80%D0%B5%D0%BC%D1%8F_%D0%B2_%D0%A0%D0%BE%D1%81%D1%82%D0%BE%D0%B2%D1%81%D0%BA%D0%BE%D0%B9_%D0%B7%D0%B5%D0%BC%D0%BB%D0%B5_%D1%81%D0%BE_%D0%B7%D0%BD%D0%B0%D1%82%D0%BD%D1%8B%D0%BC%D0%B8_%D0%B6%D0%B5%D0%BD%D1%89%D0%B8%D0%BD%D0%B0%D0%BC%D0%B8.jpg&width=250)
![](https://cdn.xn--h1ajim.xn--p1ai/thumb.php?f=%D0%9D%D0%B0%D0%BA%D0%B0%D0%B7%D0%B0%D0%BD%D0%B8%D0%B5_%D0%B2%D0%BE%D0%BB%D1%85%D0%B2%D0%BE%D0%B2_%D0%BF%D0%BE_%D0%BF%D1%80%D0%B8%D0%BA%D0%B0%D0%B7%D1%83_%D0%AF%D0%BD%D0%B0_%D0%92%D1%8B%D1%88%D0%B0%D1%82%D0%B8%D1%87%D0%B0.jpg&width=250)
![](https://cdn.xn--h1ajim.xn--p1ai/thumb.php?f=%D0%A0%D0%B0%D1%81%D0%BF%D1%80%D0%B0%D0%B2%D0%B0_%D0%BD%D0%B0%D1%81%D0%B5%D0%BB%D0%B5%D0%BD%D0%B8%D1%8F_%D1%81_%D0%B2%D0%BE%D0%BB%D1%85%D0%B2%D0%B0%D0%BC%D0%B8_%D0%BF%D0%BE_%D0%BF%D1%80%D0%B8%D0%BA%D0%B0%D0%B7%D0%B0%D0%BD%D0%B8%D1%8E_%D0%AF%D0%BD%D0%B0_%D0%92%D1%8B%D1%88%D0%B0%D1%82%D0%B8%D1%87%D0%B0.jpg&width=250)
«Повесть временных лет» описывает деяния волхвов в Ростовской земле и Белоозере во время голода и восстания 1071 года. Волхвы обвинили в голоде «лучших жён» (знатных женщин), которые якобы прятали припасы, и магическим способом доставали из тел этих женщин «жито, либо рыбу, либо белку». Расправляясь с «лучшими женами», волхвы погубили много народу, тогда они были схвачены воеводой Яном Вышатичем. Во время допроса волхвы рассказали Яну о творении человека из ветоши, которой Бог утирался в бане. Человек был сотворён дьяволом, а Бог вложил в него душу, поэтому после смерти тело человека идёт в землю, а душа уходит на небо. Ян спросил, какому богу поклоняются волхвы, те ответили — антихристу, что сидит в бездне. В этом рассказе исследователи видят влияние богомилов, болгарской дуалистической ереси, согласно которой материальный мир сотворён не Богом, а сатаной. Ян пригрозил волхвам муками на этом свете и на том, те отвечали, что им поведали боги, будто воевода не может ничего им сделать. Ян обличил лживость их богов, велев пытать волхвов, а затем повесить их на дубе. Тела волхвов были растерзаны медведем[2].
В Ипатьевском списке «Повести временных лет» под 1071 годом рассказано о явлении некого волхва в Киеве. Он пророчествовал от имени пяти богов (предположительно, пяти планет, ср. в славянском переводе Хроники Иоанна Малалы), что через пять лет Днепр потечёт вспять, а земля Русская «переступит» на землю Греческую («стати Гречьскы земли на Руской, а Русьскѣй на Гречьской»)[17].
В «Повести временных лет» описывается также «волхование» кудесника-шамана, которое наблюдал некий новгородец, побывавший у племён чуди. Кудесник стал созывать бесов в свою «храмину», упал и оцепенел (впал в транс), но бесы побоялись явиться в «храмину», потому что на новгородце был крест (ср. позднейшие народные обычаи при гаданиях, произнесении заговоров и др. снимать с шеи крест)[2].
В берестяных грамотах слово «волхвъ» (в древненовгородской диалектной форме — с основой волохв-) впервые встречается в грамоте № 1063, найденной в Новгороде в слоях конца XII века (предположительно 1160-е — 1190-е годы) в 2014 году[18].
Волхвы упоминаются в XIII—XIV веках в Новгороде и Пскове. Позже под этим названием в России понимались разного рода народные знахари, еретики, чернокнижники[19].
Позднейшая книжная легенда, «Сказание о построении града Ярославля», восходящая к летописной традиции, рассказывает о волхве — жреце идола Волоса в селении Медвежий угол, в котором также имелась оболонь (место для выгона скота) с названием Волосова логовина. У идола горел неугасимый огонь. К огню был приставлен волхв, сам обречённый на сожжение, если огонь погаснет. При первом выгоне скота (у славян — весенний Юрьев день) Волосу приносили в жертву тельца и телицу. Жители Медвежьего угла клялись Волосом в верности князю Ярославу Владимировичу (Мудрому), но при прибытии князя выпустили на него «лютого зверя» — медведя. Ярослав сразил зверя секирой (ср. медведя с секирой в гербе Ярославля) и возвёл на том месте церковь Ильи Пророка. Эта книжная легенда повлияла на историографические построения, в которых языческие волхвы специально связываются с культом Волоса, его зооморфными атрибутами (медведь, шерсть — волосатость) и др.[2]
Поздние средневековые источники (Стоглав 1551 года и др.) продолжают обвинять в бесовских действиях волхвов и кудесников, под которыми подразумеваются уже чернокнижники, творящие «чудеса», гадающие по звёздам и «отреченным книгам» («Волховник» и др.) и предсказывающие будущее[2][20]. Согласно Стоглаву,
…волхвы и чародейники от бесовских научений пособие им творят; кудесы бьют в аристотелевы врата и в рафли смотрят и по звездам и по планитам гадают и смотрят дней и часов[20].
Реже волхвами и кудесниками именовались врачи-иностранцы. Так, Псковская летопись (1570) называет врача Елисея Бромелия «лютый волхв» и утверждает, что он был подослан немцами к Ивану Грозному и «на русских людей возложил царю свирепство, а к немцам на любовь преложи».
В книжных легендах (Мазуринский летописец, последняя четверть XVII века) название реки Волхов связывается с именем старшего сына князя Словена, легендарного основателя Новгорода. Волхов был «бесоугодник и чародей». Он принял образ «лютого зверя» крокодила, поселился на Волхове и пожирал или топил людей. Чародей поставил свой городок на Перыни (урочище на реке Волхов под Новгородом), где стоял идол Перуна, поэтому язычники нарекли Волхва богом — Громом или Перуном. Когда Волхов был «удавлен» бесами, народ с плачем похоронил его под большим курганом. Спустя три дня земля расступилась и поглотила тело крокодила вместе с курганом[2]. Ф. И. Буслаев сопоставлял этого персонажа с эпическим Волхом Всеславичем[11].
В русском фольклоре волшебными свойствами наделяется былинный Волх (Волхв) Всеславьевич, прототипом которого считается полоцкий князь XI века Всеслав Брячиславич, рожденный «от волхования». Волхвами (волхитами, волшебниками и др.) в русской фольклорной традиции именовались знахари, иногда — колдуны и колдуньи[2].
В художественной литературе
- Александр Пушкин, «Песнь о вещем Олеге»
- Павел Виноградов, «Янь и волхв» (рассказ)
См. также
Примечания
- ↑ 1,0 1,1 БРЭ, 2006, с. 676.
- ↑ 2,0 2,1 2,2 2,3 2,4 2,5 2,6 2,7 2,8 Петрухин, 2002, с. 89—90.
- ↑ 3,0 3,1 Левкиевская, 2004, с. 529.
- ↑ Szyjewski, 2003, pp. 153-154.
- ↑ 5,0 5,1 Gieysztor, 2006.
- ↑ 6,0 6,1 Strzelczyk, 1998.
- ↑ 7,0 7,1 Gieysztor, 2006, p. 81.
- ↑ Фасмер: Волхв, 1986, с. 345.
- ↑ 9,0 9,1 Шанский, 1971, с. 90.
- ↑ velho (недоступная ссылка)
- ↑ 11,0 11,1 Волхв // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.
- ↑ Фасмер: Врач, 1986, с. 361.
- ↑ Медведь А. Н. Врачевание в Древней и средневековой Руси и его изучение в современной историографии // Вестник РГГУ. — М.: РГГУ, 2013 (История. Филология. Культурология. Востоковедение)
- ↑ Русское православие: вехи истории Архивная копия от 7 мая 2019 на Wayback Machine / Научн. ред. А. И. Клибанов. М. : Политиздат, 1989. 719 с. ISBN 5-250-00246-3 С. 12.
- ↑ Szyjewski, 2003, pp. 153–154.
- ↑ Седов, 1982, с. 268.
- ↑ 17,0 17,1 Петрухин, 2014.
- ↑ Гиппиус А. А., Зализняк А. А. Берестяные грамоты из новгородских раскопок 2014 г. // Вопросы языкознания. 2015. № 3.
- ↑ Исаев И. А. История государства и права России : Учебник. 3-е изд., перераб. и доп. М. : Юристъ, 2004. 797 с. ISBN 5-7975-0667-.
- ↑ 20,0 20,1 Белова, Турилов, 1995, с. 489.
Литература
- Волхвы // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.
- Рудаков В. Е. Волхвы на Руси // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.
- Волхвы // Большая советская энциклопедия. — Том 5. — 1971.
- Волхвы / С. С. Аверинцев // Великий князь — Восходящий узел орбиты [Электронный ресурс]. — 2006. — С. 676. — (Большая российская энциклопедия : [в 35 т.] / гл. ред. Ю. С. Осипов ; 2004—2017, т. 5). — ISBN 5-85270-334-6.
- Петрухин В. Я. Волхвы // Славянская мифология. Энциклопедический словарь. — М.: Эллис Лак, 1995. — С. 110—111. — ISBN 5-7195-0057-X.
- Волхвы / Петрухин В. Я. // Славянская мифология : энциклопедический словарь / редколлегия: С. М. Толстая (отв. ред.), Т. А. Агапкина, О. В. Белова, Л. Н. Виноградова, В. Я. Петрухин; Ин-т славяноведения РАН. — 2-е изд. — М. : Междунар. отношения, 2002. — С. 89—90. — ISBN 5-7133-1069-8. Архивная копия от 21 апреля 2021 на Wayback Machine
- Гадательные книги / Белова О. В., Турилов А. А. // Славянские древности: Этнолингвистический словарь : в 5 т. / под общ. ред. Н. И. Толстого; Институт славяноведения РАН. — М. : Международные отношения, 1995. — Т. 1: А (Август) — Г (Гусь). — С. 486–491. — ISBN 5-7133-0704-2.
- Колдун / Е. Е. Левкиевская // Славянские древности: Этнолингвистический словарь : в 5 т. / под общ. ред. Н. И. Толстого; Институт славяноведения РАН. — М. : Международные отношения, 2004. — Т. 3: К (Круг) — П (Перепёлка). — С. 528–534. — ISBN 5-7133-1207-0.
- Лукин П. В. Новгородский волхв и поморские жрецы // Восточная Европа в древности и Средневековье. Язычество и монотеизм в процессах политогенеза — М.: Институт всеобщей истории, 2014 — С. 173—178
- Петрухин В. Я. Русь в IX—X веках. От призвания варягов до выбора веры. — 2-е изд., испр. и доп.. — М.: Форум : Неолит, 2014. — 464 с.
- Седов В. В. Восточные славяне в VI—XIII вв. — М.: Наука, 1982.
- Волхв // Этимологический словарь русского языка = Russisches etymologisches Wörterbuch : в 4 т. / авт.-сост. М. Фасмер ; пер. с нем. и доп. чл.‑кор. АН СССР О. Н. Трубачёва, под ред. и с предисл. проф. Б. А. Ларина. — Изд. 2-е, стер. — М. : Прогресс, 1986. — Т. I : А—Д. — С. 345.
- Врач // Этимологический словарь русского языка = Russisches etymologisches Wörterbuch : в 4 т. / авт.-сост. М. Фасмер ; пер. с нем. и доп. чл.‑кор. АН СССР О. Н. Трубачёва, под ред. и с предисл. проф. Б. А. Ларина. — Изд. 2-е, стер. — М. : Прогресс, 1986. — Т. I : А—Д. — С. 361.
- Шанский Н. М. и др. Волхв // Краткий этимологический словарь русского языка. Пособие для учителя / Под ред. чл.-кор. АН СССР С. Г. Бархударова. — М.: Просвещение, 1971. — С. 90.
- Gieysztor, Aleksander. Mitologia Słowian : [польск.]. — Warsaw : Wydawnictwa Uniwersytetu Warszawskiego, 2006. — ISBN 978-83-235-0234-0.
- Strzelczyk, Jerzy . Mity, podania i wierzenia dawnych Słowian : [польск.]. — Dom Wydawniczy Rebis, 1998. — ISBN 83-7120-688-7.
- Szyjewski, Andrzej . Religia Słowian. — Kraków : Wydawnictwo WAM, 2003. — ISBN 83-7318-205-5.