Овца (Быт. IV, 2). Древние израильские патриархи были пастырями и занимались преимущественно разведением овец и другого мелкого скота. Стада овец у них были так многочисленны во времена патриархов, что составляли главное их богатство. Вот почему у евреев уход за овцами считался самым древним и самым почетным занятием (Исх. III, 1, I Цар. XVI, 11). Ревекка, Рахиль и все семь дочерей священника Иофора занимались овцеводством (Исх. III, 16). Патриарх Иаков пас стада овец Лавана; Моисей пас овец у Иофора, тестя своего, священника мадиамского. «Меса, ц. Моавитский, был богат скотом, и присылал царю Израильскому по сту тысяч овец» (IV Цар. III, 4).
Овца Сирийская. Овцы Сирии отличались длинными широкими хвостами (курдюк), нараставшими вследствие обилия и избытка жира. Овцы и козлы, как то было в древние времена, паслись на одном пастбище (Быт. XXX, 85), и этот обычай несколько объясняет знаменательные слова Спасителя в беседе о Страшном суде (Мф. XXV, 32–33). Боязливость, кротость и беспомощность овец в то время, когда они отстают от стада, равным образом опасность, которая тогда окружает их, кратко, все то, что служит отличительной чертой этого животного, очень нередко упоминается иносказательно свящ. писателями, как, напр., II Пар. XVIII, 16, Пс. CXVIII, 176, Исаии XI, 6, III, 6, 7, Мих. V, 8, Мф. IX, 36. Заблудшая овца служит образом человека, отступившего от веры: он оставил стадо и отступил от Бога, удалился в страну пустынь и сени смертной, лишился возможности возвратиться и никогда не возвратится, доколе Великий Пастырь не обрящет его и не водворит его снова на зеленых пастбищах и на водах тихих. Пастырь, или пастух, постоянно находился со своими стадами днем и ночью для того, чтобы считать, собирать, вести и охранять их (Быт. XXXI, 39, Лк. II, 8), и при нем часто находились собаки (Иов. XXX, 1). Забота пастырей о своих овцах отличалась постоянством и особенной нежностью, и его влияние над ними было очень сильно (Ис. XL, 11, Иоан. X, 1–16). В В. 3. слово пастырь употребляется иносказательно для означения Иеговы (Пс. LXXIX, 2) и царей (Иез. XXXIV, 10), но в Н. 3. оно означает собственно Господа Иисуса Христа (Иоан. X, 11 и пр. Евр. XIII, 20, I Петр. V, 4). Впоследствии словом пастырь стали называться служители Евангелия, а пасомые ими — словесным стадом. На пастырях лежала обязанность ежедневно считать овец, и, может быть, не раз, и они отвечали за каждую пропавшую овцу (Быт. XXXI, 38, 39, Исх. XXII, 12). Они необходимо должны быть достаточно внимательными и сильными, чтобы защищать стадо от нападения хищных зверей. Пример Иакова пастыря в этом отношении не служит единственным примером: «я томился днем от жара, а ночью от стужи, и сон мой убегал от глаз моих» (на страже при стаде овец) (Быт. XXXI, 40). Козел обыкновенно шел впереди стада в качестве главного руководителя. Так мы читаем в кн. Иеремии (L, 8) о козлах, идущих впереди стада овец. Отсюда выражение у Иер. (XXV, 35, 36): «И не будет убежища пастырям и спасения вождям стада. Слышен вопль пастырей и рыдание вождей стада, ибо опустошил Господь пажить их.» Иногда только что родившегося ягненка приносили в палатку и кормили его там, как щенка. Этот обычай неподражаемо трогательно описан в притче пр. Нафана: «У бедного не было ничего, кроме одной овечки, которую он купил маленькую, и выкормил, и она выросла у него вместе с детьми его, от хлеба его она ела, и из его чаши пила, и на груди у него спала, и была для него как дочь» (II Цар. XII, 3). В Армении нередко приходилось видеть пастухов, несущих за пазухой ягнят из своих стад. Эти овечки были еще слишком слабы, чтобы пастись вместе с прочими овцами, и вот несут их к молодым овцам для кормления их овечьим молоком. Такое нежное отношение к ягнятам сопоставлено пр. Исаиею в отношении Мессии к верующим: «Как пастырь Он будет пасти стадо Свое, агнцев будет брать на руки и носить на груди Своей, и водить дойных» (XL, 11).
Овечий загон. Сезон стрижки овец был временем великого торжества, так сказать, наградой за весь труд и опасность протекшего года (I Цар. XXV, 8–11, II Цар. XIII, 23). Стада овец собирались тогда в непокрытую ограду, называемую овчим двором (Числ. XXXII, 16, Иоан. X, 16). Здесь связывали овцам ноги и затем стригли их. В соседстве пасущихся стад нередко воздвигалось сторожевое здание, с которого легко можно было видеть и оповестить наступающую для стад опасность. Оно называлось башнею стада (Мих. IV, 8). Шерсть овец на Востоке, большей частью цветом белая, вероятно, употреблялась женщинами на одежду (Лев. XIII, 47, Притч. XXXI, 13). Она составляла часть подати, платимой моавитянами Израилю (IV Цар. III, 4), и составляла общий предмет торговли (Иезек. XXVII, 18). Мясо овец, особенно баранье и ягнят, было, как и доселе, самым любимым кушаньем у бедуинов. Оно подавалось и на важных боярских столах (III Цар. IV, 23). Молоко овечье также было в употреблении (Втор. XXXII, 14). Что овцы, особенно барашки, и овны приносились в жертву — это известно, и для этого при Иерусалимском храме их выставляли на продажу (Иоан. II, 14). Земли, особенно благоприятствовавшие овцеводству, были: равнина Саронская (Ис. LXV, 10), горы Кармил и Галаад (Мих. VII, 14), Васан (Иез. XXXIX, 18).
БЭАН/Овца
< БЭАН
← Овчая купель | Овца |
Огад → |
![]() |