Хаммурапи
| Хаммурапи | |
|---|---|
| аккад. Ha-am-mu-ra-bi/pi2 «Предок велик» / «Предок — целитель» | |
| | |
| 1793/1792 — 1751/1750 до н. э. | |
| Предшественник | Син-мубаллит |
| Преемник | Самсу-илуна |
|
|
|
| Род | I Вавилонская (аморейская) династия |
| Отец | Син-мубаллит |
| Дети | сын: Самсу-илуна |
| Отношение к религии | шумеро-аккадская мифология |
Хаммура́пи (Хаммура́би) — царь Вавилона, правивший приблизительно в 1793/1792 — 1751/1750 годах до н. э. Представитель I Вавилонской (аморейской) династии. Сын Син-мубаллита.
Наиболее известен написанием в годы его правления свода законов, который известны в историографии как законы Хаммурапи. Издание этого Кодекса говорит о его интересе к организации общества, его внимании к различным сторонам жизни этого общества, его желании эффективно управлять страной, а также о его желании унифицировать общественное правосудие. Помимо этих личных качеств, он показал себя умелым администратором, ловким дипломатом и коварным захватчиком, терпеливо добивающимся достижения своих целей. Заняв трон, он провозгласил прощение долгов и первые пять лет своего правления увеличил свою популярность обновлением святилищ богов, в первую очередь Мардука, покровителя Вавилона. Затем, обезопасив себя внутри страны и улучшив свою армию, он начал продолжавшуюся пять лет серию военных кампаний против соперничавших государств на юге и востоке, расширив свою территорию. Покончив с этим, Хаммурапи провёл следующие 18 лет, укрепляя свои владения и занимаясь общественными работами, включая укрепление городских фортификационных сооружений, улучшение ирригационных систем города и украшение его храмов. Затем, на 30-м году своего правления, умудрённый опытом, Хаммурапи начинает серию своих больших походов, на этот раз бесспорно победоносных, и быстро завоевал всех своих прежних соперников: государство Эшнунна (на востоке), Ларса (на юге), Ассирия (на севере) и Мари (на западе). Хаммурапи превратил Вавилон из царства средних размеров в державу, охватывающую большую часть современного Ирака. Таким образом, он повторил достижения Древнеаккадского и Урского государств, обеспечив непреходящее значение своего города как центра власти.
При Хаммурапи достигли высшего развития процессы, начавшиеся после падения III династии Ура: рост товарно-денежных отношений, частных рабовладельческих хозяйств, усиление торговли. Произошло усиление централизации государства и укрепление царской власти. О характере Хаммурапи мы знаем главным образом из его дипломатической корреспонденции (особенно из писем в Мари).
Этимология имени
Этимология имени «Хаммурапи» до сих пор является предметом дискуссии: некоторые учёные предпочитают чтение «Хамму-раби» и переводят «Предок велик», другие читают «Хамму-рапи» со значением «Предок — целитель». До начала XVIII века до н. э. это имя не засвидетельствовано, однако затем внезапно приобретает популярность: не менее трёх царей, современников Хаммурапи, были его тёзками. Более того, это имя носили не только правители, но и частные лица[1].
Источники
Правление Хаммурапи задокументировано в многочисленных источниках. Датированные надписи доступны в большем количестве, чем для его предшественников. Он также является первым правителем Вавилона, оставившим царские надписи. Принимая во внимание продолжительность его правления, их нельзя считать ни многочисленными (около 20), ни слишком информативными. Они посвящены возведению (реконструкции) храмов, крепостей или городских стен или же строительству (восстановлению) каналов, за исключением трёх, в которых говорится о военно-политических событиях. Архивные тексты становятся всё более многочисленными во время его правления, что объясняется главным образом значительным расширением подвластной ему территории. Однако самым богатым источником является большой корпус писем, которые непосредственно проливают свет на аспекты его личности как государственного деятеля, тактика и администратора. Было обнаружено не менее двухсот писем Хаммурапи, большая часть из которых была отправлена провинциальным администраторам, размещенным в Ларсе после завоевания этого города. Несколько других писем были обнаружены среди государственной переписки в Мари, но наиболее значительным эпистолярным корпусом из этого города являются письма Ярим-Адду, посла царя Мари в Вавилоне. Эти источники, датируемые 1764—1763 годами, содержат свидетельства очевидцев о политической жизни во дворце Хаммурапи, часто цитируя его речи и выступления по вопросам межрегиональных отношений и внутренних дел. Немногие другие источники древнего мира предоставляют нам столь яркую и достоверную информацию о деятельности правительства и роли отдельных личностей в принятии политических решений.
Международная обстановка
Дата рождения Хаммурапи неизвестна. Поскольку правление Хаммурапи длилось 43 года, можно предположить, что на момент своего прихода к власти он был ещё очень молод. В момент воцарения Хаммурапи Вавилония — в политическом смысле — была скромным царством, которое существовало менее века. Кроме столицы, оно включало в себя следующие города: Сиппар, Киш, Кута, Борсиппа, Дильбат и Марад. Таким образом, власть вавилонского царя распространялась на территории, отстоящие от столицы не более, чем на 80 км. Небольшое царство Вавилония было окружено тремя грозными соседями: царствами Ларсы, Эшнунны и царством Шамши-Адада I в Верхней Месопотамии.
Кроме того, важная роль в истории царствования Хаммурапи была уготована нескольким более удалённым державам. В Западной Сирии за гегемонию боролись царства Ямхад и Катна. На крайнем востоке ближневосточного региона, на территории современного Ирана, располагалось Эламское царство, которое в этот период представляло значительную силу. Эламиты активно участвовали в месопотамской политике того времени и все месопотамские цари признавали суккальмаха верховным арбитром[2].
Правление
Проба сил
Хаммурапи, как и многие цари Двуречья до него, начал своё царствование с традиционного мероприятия — установления «справедливости» (мешарум), то есть с отмены долгов и прощения недоимок, который был увековечен в датировочной формуле его второго года (1792/1791 до н. э.). Имеющиеся в нашем распоряжении сведения о политической истории Вавилонского царства в течение первых 15 лет правления Хаммурапи довольно ограничены. Бóльшая часть названий лет этого периода посвящена строительным работам или приношениям богам. Только названия 7-го, 8-го, 10-го и 11-го годов имеют военно-политическое содержание. Из них нетрудно заключить, что Хаммурапи был озабочен расширением своей территории не только по оси, образуемой течением Евфрата (Исин и Урук на юге, Рапикум на севере), но также и на востоке, в направлении Тигра (Малгиум)[3].
В датировочной формуле своего седьмого года (1787/1786 год до н. э.) Хаммурапи упоминает о завоевании Урука и Исина: к тому моменту эти города уже давно (в течение 15 и 6 лет соответственно) находились под контролем царя Ларсы Рим-Сина. Вавилонское войско стояло в одном переходе от столицы Рим-Сина. Известно также, что часть населения Исина была уведена в плен войсками Хаммурапи: некоторые жители Исина прожили несколько лет в Мараде, на вавилонской территории, и лишь затем смогли вернуться домой. Может показаться удивительным, что Рим-Син так быстро уступил эти два важных города своему северному соседу, но, возможно, за спиной Хаммурапи стоял могущественный верхнемесапотамский царь Шамши-Адад I, оказавший вавилонянам военную помощь.
Однако торжество молодого царя было преждевременным. На следующий год война с Ларсой продолжилась. Так надо понимать указание на страну ямутбалы в датировочной формуле 8-го года Хаммурапи (около 1786/1785 год до н. э.). Враги династии Кудурмабуга обычно называли царство Ларсы страной племени ямутбалы. Однако военные действия шли уже гораздо ближе к Вавилону, чем к Ларсе, на берегах «Свекольного канала» (И[д]-шумундар), прокопанного ещё по приказу Апиль-Сина, деда Хаммураппи, и, значит, не на территории царства Ларса. Обнаруженные археологами частные архивы показывают, Урук и Исин очень скоро снова оказались под властью царя Ларсы, поскольку документы из этих городов по-прежнему датируются правлением Рим-Сина. С этих пор между Хаммурапи и Рим-Сином надолго устанавливается мир. Наступательные действия Хаммурапи ведёт теперь в других направлениях[4].
Война с Малгиумом
Хаммурапи затем обратил своё внимание на район Тигра. В датировочной формуле десятого года (1784/1783 до н. э.) впервые упоминается название города Малгиум. Местонахождение этого древнего поселения до сих пор не известно, но все свидетельства указывают на его расположение на Тигре к северу от Машкан-шапира, в том месте, где дорога из Вавилона на Дер пересекала реку. Расположение этого города позволяет понять интерес, который представляло для Хаммурапи завоевание Малгиума. Течение Евфрата он уже контролировал и мог угрожать царству Ларсы, расположенному ниже по реке, перебоями с водой. Однако Тигр обеспечивал основную массу воды для нужд Ларсы, и возможность закрепиться в Малгиуме давала Хаммурапи важное преимущество в противостоянии Вавилона и Ларсы. В датировочной формуле своего десятого года Хаммурапи сообщает, что разрушил Малгиум и его окрестности. Реальный ущерб трудно оценить, но в любом случае речь не идёт о полноценном завоевании; впоследствии Малгиум вновь появляется в наших источниках как независимое царство[5].
Союз с Шамши-Ададом I
Известно, что Хаммурапи отверг предложение союза со стороны Эшнунны и вскоре лично встретился и заключил союз с её заклятым врагом Шамши-Ададом I, тогда бесспорно самым могущественным из месопотамских царей. О союзе, объединявшем в то время царей Вавилона и Верхней Месопотамии, нам известно, в частности, из текста о судебном процессе, который имел место в Вавилоне в конце десятого года Хаммурапи; в этом документе приносится клятва именами царей Хаммурапи и Шамши-Адада. Предположительно, что договор этот ставил Хаммурапи в несколько зависимое положение, но зато дал, видимо, возможность собраться с силами.
За то, что он заключил союз с Шамши-Ададом Хаммурапи выговорил себе у того города Ит (Нижний Туттуль; современный Хит) и Рапикум на Среднем Евфрате. Прежде, чем Рапикум перешёл к Шамши-Ададу, он был самостоятельным городом-государством и союзником Эшнунны. В 11-м году своего правления (1783/1782 до н. э.), как это следует из его датировочной формулы, Хаммурапи присоединил Рапикум к своему царству. Рапикум стал резиденцией назначенного вавилонского наместника. В письме из Мари, датированном несколькими годами позже, Хаммурапи вспоминает, что когда Шамши-Адад отвоевал Рапикум у жителей Эшнунны и передал его ему, они договорились разместить войска в городе[6].
Смерть царя Эшнунны Дадуши в 1779 году до н. э. положила начало трениям между Хаммурапи и Шамши-Ададом. Конфликт (который часть клинописных документов прямо называет «войной») в доступных нам источниках описан недостаточно подробно, однако имеются сведения о том, что речное сообщение по Евфрату было парализовано из-за военных действий. Впрочем, это столкновение не было длительным: несколько лет спустя его участники делали вид, что оно полностью забыто. Ишме-Даган напоминал своему брату, что две династии были дружны испокон веку, поэтому добрые отношения нужно обязательно поддерживать и в будущем.
Шамши-Адад и Хаммурапи заключили союз с новым царём Эшнунны, Ибаль-пи-Элем II, после чего три правителя осуществили совместную операцию против общего соседа, царя Малгиума. Группа писем, найденных в Мари позволяет реконструировать ход военных действий. Войско царства Верхней Месопотамии спустилось по Тигру, чтобы соединиться с армией Эшнунны в Манкисуме. Коалиционные отряды вторглись в страну Малгиум, разрушив несколько городов и осадив столицу. Перед лицом превосходящих сил наступающей стороны царь Малгиума решил купить мир, отвесив колоссальный выкуп в 15 талантов (около 450 кг) серебра[7], который трое союзников поровну разделили между собой. Несмотря на значительность этой суммы, Хаммурапи не счёл необходимым запечатлеть память об этой победе в датировочной формуле; название 17-го года Хаммурапи (1777/1776 до н. э.) повествует о посвящении статуи богине Иштар в Элипе.
Смерть Шамши-Адада

Шамши-Адад I умер летом 1775 года до н. э., в четвёртый год правления Ибаль-пи-Эля II, что отмечено в датировочной формуле царя Эшнунны. К этому времени Хаммурапи уже 18 лет находился на престоле в Вавилоне, а Рим-Син 48 лет правил в Ларсе. Все царства, некогда захваченные верхнемесопотамским царём, увидели подходящий момент для того, чтобы вернуть независимость. Претенденты на трон, большей частью находившиеся в изгнании, стали возвращаться в свои столицы. Зимри-Лим, который утверждал, что является сыном, но, скорее всего, был племянником или внуком Яхдун-Лима, вернул своей семье трон Мари с помощью царя Ямхада Ярим-Лима. Источники из Мари становятся чрезвычайно богатыми во время его правления, позволяя нам следить за событиями иногда ежемесячно. Ясмах-Адад исчез со сцены, а его старший брат Ишме-Даган, укрепившийся в Экаллатуме, вскоре увидел, как Ибаль-пи-Эль из Эшнунны угрожает ему. Ибаль-пи-Эль отправил письмо Зимри-Лиму, раскрывая своё намерение вести кампанию против Ишме-Дагана, но, сожалея о том, что Хаммурапи решил отправить армию в 6000 солдат на помощь своему союзнику, он попросил Зимри-Лима помешать этой армии достичь цели. Исход этого эпизода неизвестен, но в конце концов Ишме-Даган покинул Экаллатум, чтобы искать убежище в Вавилоне, как это сделал его отец в начале своей карьеры, когда ему также угрожали жители Эшнунны. Через три года после смерти Шамши-Адада от его империи почти ничего не осталось, что открыло Эшнунне возможность возродить свои собственные территориальные амбиции.
Исчезновение Шамши-Адада с политической сцены несомненно расчистило дорогу экспансионистским устремлениям Хаммурапи, однако в ближайшие после этого события годы положение Вавилонского царства радикально не изменилось. Хаммурапи ведёт длительную подготовку к дальнейшим наступательным войнам, но учитывая силу соперников, строит и у себя мощные укрепления, из которых особо важной была, вероятно, «главная стена против горной страны», то есть, надо думать, обеспечивающая тыл против пастушеских племён высокой степи[5].
Попытка Эшнунны завоевать гегемонию
Между 1772 и 1766 годами до нашей эры ход событий в царстве Хаммурапи был обусловлен прежде всего характером его отношений с Эшнунной. Начав крупную завоевательную кампанию в западном и северо-западном направлении, Ибаль-пи-Эль II явным образом показал, что стремится к воссозданию царства Верхней Месопотамии под своей эгидой. Ибаль-пи-Эль начал военные действия осенью 1772 года с взятия Рапикума, которое отмечено в названии его девятого года правления. Войска царства Мари начали терпеть поражения от солдат Эшнунны, оставляя города Среднего Евфрата и отступая на север. Были эвакуированы города Сухума Яблия и Анат.
Именно тогда Хаммурапи принял решение, последствия которого в тот момент вряд ли выглядели однозначными: он сделал выбор в пользу царя Мари. Без сомнения, победа Эшнунны не сулила ему ничего хорошего: в случае триумфа Ибаль-пи-Эль II мог бы угрожать ему со стороны не только Тигра, но и Евфрата. В начале зимы 1772 года до н. э. вавилонские послы приняли дипломатические дары в Мари. Переговоры закончились успешно — армия под командованием Мут-Хадкима и ещё четырёх вавилонских военачальников была послана на помощь Зимри-Лиму.
Тем временем Ибаль-пи-Эль открыл второй фронт на севере. Армия Эшнунны двинулась вдоль Тигра к Ашшуру и Экаллатуму, уже оставленных Ишме-Даганом, а затем двинулась к «треугольнику Хабура» и захватила Шубат-Энлиль, бывшую столицу Шамши-Адада I. Ибал-пи-Эль написал Зимри-Лиму, чтобы раскрыть свою конечную цель: «Я установлю свои границы; я иду к Шубат-Энлилю». Быстро отреагировав, Зимри-Лим разместил свои военные гарнизоны в Ашлакке на Хабуре весной 1771 года до н. э. В то же время Эшнунна подверглась нападению со стороны Хальмана в верховьях Диялы, и войска Ибаль-пи-Эля отступили в Андариг, расположенный, вероятно, к югу от Джебель-Синджара. Зимри-Лим осадил их, но вскоре отступил в Мари, чтобы справиться с возобновившимися волнениями среди племён бинъяминитов. Прежде чем Зимри-Лим отправился к Хабуру, вавилонские войска помогли ему подавить часть беспорядков. Они также последовали за ним на север. По окончании войны Буну-Иштар, царь Курды в районе Джебель-Синджара, пригласил их к участию в своих военных походах, но войска попросили у Зимри-Лима разрешения вернуться в Вавилон. Зимри-Лим заключил мир с бинъяминитами и Эшнунной. Он подписал договор, признающий Ибаль-пи-Эля своим господином («отцом»), однако Мари добился важных уступок в районе Джебель-Синджара и особенно в Сухуме, который был полностью оставлен Эшнунной. Хаммурапи вновь занял Рапикум, в то время как власть Зимри-Лима над Яблией, Харбе и Хитом была признана, хотя последний уже стал объектом спора между Мари и Вавилоном ещё до заключения договора. Одна фигура вскоре сыграет важную роль в политической эволюции региона: суккальмах Элама, могущественного государства, один из политических центров которого расположен в Сузе. Суккальмах выступил в качестве посредника и поддержал претензии Зимри-Лима. Хаммурапи напомнил посланникам Зимри-Лима о своих добрых намерениях, и посланники ответили взаимностью на претензии от имени своего господина.
Хрупкое равновесие
Неспособность Ибал-пи-Эля добиться верховенства привела к новому балансу сил, выраженному в часто цитируемом письме высокопоставленного чиновника Мари, Итур-Асду, к Зимри-Лиму:
«Нет ни одного царя сильного самого по себе: десять или пятнадцать царей следует за Хаммурапи, господином Вавилона, столько же за Рим-Сином, господином Ларсы, Ибаль-пи-Элем, господином Эшнунны, Амуд-пи-Элем, господином Катны; двадцать следуют за Ярим-Лимом, господином Ямхада».
Излишне говорить, что корреспонденты неявно понимали Мари как шестую власть в этом консорциуме аморейских правителей. Двое из них, Ямхад (Халеб) и Катна, контролировали Левант, ещё трое, Эшнунна, Вавилон и Ларса, делили власть в Шумере и Аккаде, в то время как Мари играл свою традиционную роль моста между Месопотамией и Западом. «Десять-пятнадцать царей», которые якобы следовали за Хаммурапи, остаются неопределёнными фигурами, но Итур-Асду, вероятно, использовал эти числа как риторический приём, чтобы выразить относительную важность каждого великого правителя, а также чтобы придать выдающееся положение Ярим-Лиму из Халеба, союзнику Зимри-Лима.
Это новое равновесие сил не могло долго просуществовать. Архивы Мари свидетельствуют о внезапном обострении отношений между Зимри-Лимом и суккальмахом Элама (также называемым «царём Аншана») на восьмом и девятом годах правления Зимри-Лима (1768—1767 года до н. э.), а также с его братом и вторым по рангу Куду-зулушем, царём (суккалем) Суз. Суккальмах Элама, чье иностранное имя, Сиве-палар-хуппак, в письмах Мари фигурирует под искаженной формой Шепларпак, решил начать военные действия с Эшнунной и теперь запросил военную помощь у Хаммурапи и Зимри-Лима. Мы очень мало знаем об истории Элама в тот период, но наши источники указывают на то, что Эшнунна вступила в конфликт со своим юго-восточным соседом в середине предыдущего столетия во время правления Ипик-Адада II. Зимри-Лим и Хаммурапи, вполне довольные участием в падении своего соперника, отправили отряды на сторону суккальмаха, вероятно, не предвидя, что эламиты теперь будут питать более масштабные территориальные амбиции. Хронология событий остается неопределенной, но Эшнунна, вероятно, пала на десятом году правления Зимри-Лима (1766 год до н. э.).
Последовавшие события представляют собой важный поворотный момент в истории Вавилона. После взятия Эшнунны Хаммурапи вернул Манкисум и Упи, которые Вавилон желал заполучить ещё со времён его деда Апиль-Сина. Однако это спровоцировало ультиматум суккальмаха, который приказал вавилонянам покинуть эти города, которые он тоже теперь считал своими. Столкнувшись с отказом, эламиты захватили Манкисум силой и осадили Упи. Хаммурапи призвал к всеобщей мобилизации и отправил послов в Ларсу, чтобы заключить союз. В то время как ответы Рим-Сина оставались уклончивыми, эламиты подняли восстание среди племени мутиабаль живших вокруг Казаллу. Хаммурапи подавил восстание, но был вынужден уступить Упи.
Эламская интервенция и её последствия
Эламские войска затем последовали по маршруту, ранее пройденному Ибаль-пи-Элем вдоль Тигра, захватив Экаллатум и направившись к Хабуру, где в Шубат-Энлиле был назначен представитель суккальмаха по имени Куннам. Мари и Вавилон теперь столкнулись с угрозой, большей, чем исходила из Эшнунны. Это побудило их заключить формальный союз, несмотря на продолжающийся спор о статусе Хита и общее чувство подозрения, которое они питали друг к другу в отношении политических амбиций. Действительно, когда Зимри-Лим начал свои собственные превентивные кампании против эламской экспансии на севере, ему пришлось заверить Хаммурапи в своих намерениях, поскольку его посланники в Вавилоне настаивали на том, что эти приказы о мобилизации не направлены против него. В качестве доказательства доброй воли Мари и Вавилон обменялись войсками и заключили формальный союз против суккальмаха. Документы из Мари содержат информацию о предварительных переговорах и деталях этого договора, заключенного, вероятно, в восьмом месяце десятого года правления Зимри-Лима. Договор также касался Ярим-Лима, царя Ямхада, который однако вскоре умер, и ему наследовал его сын Хаммурапи, тезка царя Вавилона. Зимри-Лим, вероятно, опасаясь, что конфликт угрожает ядру его царства, предпринял беспрецедентный шаг, навязав своим подданным всеобщую присягу на верность. На севере царила значительная неразбериха, где эламиты пытались путём предательства и убийств устранить более мелких правителей, сосредоточенных в орбите Мари, разделив весь регион между про- и антиэламскими фракциями. На юге военная ситуация стала критической для Хаммурапи. После захвата Упи и передачи его под контроль войск Эшнунны под своим командованием, суккальмах отправил послание северным царям, заявив о своём намерении захватить также Вавилон, и отправил армию в 40 000 человек для осады Хиритума, расположенного на полпути между Упи и столицей Хаммурапи. Однако к этому времени эламиты столкнулись с широкой коалицией аморейских правителей и начали испытывать неудачи. Зимри-Лим отправил войска на поддержку Вавилона во втором месяце своего одиннадцатого года (1765 год до н. э.), и эламиты сняли осаду Хиритума, вероятно, два месяца спустя, отступили к востоку от Тигра и безуспешно попытались начать ещё одно нападение на севере. В конце концов они отступили к Дияле, разграбив всю территорию Эшнунны. Оттуда они вернулись в Элам, внезапно отказавшись от своих мечтаний о месопотамской гегемонии. Тридцатый год правления Хаммурапи (1764/1763 год до н. э.) носит название:
«Год, когда могущественный царь Хаммурапи, любимец Мардука, благодаря выдающейся мощи великих богов победил пришедшее в великом множестве войско Элама, который поднял на войну всю свою страну от самой границы Мархаши: Субарту, Гутиум, Эшнунну и Малгиум, и разбил их в одну кампанию; тем он [Хаммурапи] укрепил основы Шумера и Аккада».
Утверждение Хаммурапи в датировочной формуле о победе над Эламом не было простым хвастовством, так как из его переписки мы знаем, что в конце жизни он действительно осуществлял реальную власть в этой стране[6].
После ухода эламитов провавилонская партия в Эшнунне рассматривала возможность предложить корону Хаммурапи, что фактически объединило бы весь Аккад под его властью без дальнейшего кровопролития. Однако вместо этого жители Эшнунны даровали царствование одному из своих, некому Цилли-Сину, который был всего лишь армейским командиром незнатного происхождения (мушкенуму). Последний немедленно начал политику конфронтации с Хаммурапи. Опасаясь нормализации отношений между Вавилоном и Эламом, он пытался посеять раздор между Хаммурапи и его союзниками Зимри-Лимом, Ишме-Даганом из Экаллатума и Хаммураби из Курды (ещё один тезка), но безрезультатно. Переговоры между Вавилоном и Эшнунной затянулись из-за статуса Манкисума и Упи, который Хаммурапи считал своим законным правом, учитывая издержки войны против Элама и претензии на этот регион, ранее предъявленные его дедом Апиль-Сином. Захват Ларсы вавилонскими войсками годом позже, возможно, оказал убедительное воздействие на Эшнунну, поскольку вскоре после этого они достигли соглашения, кульминацией которого стала свадьба Цилли-Сина с дочерью Хаммурапи, отмеченная в названии 4-го года Цилли-Сина.
Война с Ларсой
Зимри-Лим сыграл ключевую роль в войне, и сомнительно, смог бы Вавилон пережить натиск Элама без помощи своего союзника. Однако в тридцатом году своего правления (1764/1763 до н. э.) Хаммурапи, как и следовало ожидать, приписывает себе единоличную заслугу в изгнании врага и добавляет примечание о том, что, разгромив Элам в одной из кампаний, он «укрепил основы Шумера и Аккада», таким образом, впервые объявив своё Вавилонское царство объединением всей Нижней Месопотамии. Несмотря на свою шаблонность, упоминание «Шумера и Аккада» именно в этом месте предполагает, что Хаммурапи, владея Аккадом, уже планировал завоевание Шумера, на территории которого располагалось царство Ларса. Это было равносильно признанию власти Рим-Сина незаконной. Ларса оставался в стороне во время войны против Элама, несмотря на просьбу Вавилона о помощи. Несколько мотивов могут объяснить нежелание Рим-Сина вступать в войну: его преклонный возраст, его эламское происхождение, возможно, его недоверие к мотивам Хаммурапи или просто тот факт, на который указывали историки, что экономический упадок государства Ларса во второй половине его правления, который, возможно, ослабил его ресурсы до такой степени, что отбил желание участвовать в военных действиях.
Хаммурапи начал с клеветнической кампании, жалуясь Зимри-Лиму на то, что Рим-Син теперь нарушает его территорию и приказывает проводить грабительские рейды, несмотря на многочисленные предполагаемые милости, которые он ему оказывал с тех пор, как спас страну от власти эламитов. В конце концов, разразилась война. Царь Мальгиума встал на сторону Хаммурапи, Дер — на сторону Рим-Сина. Хаммурапи осадил Машкан-шапир, который защищали брат Рим-Сина, три военачальника и тысячи солдат. Осада длилась недолго, и город сдался под обещание Хаммурапи о помиловании. Ядро царства Рим-Сина вскоре перешло под контроль Вавилона. В текстах из Ниппура начали использовать даты Хаммурапи в четвертом месяце его тридцатого года, в текстах из Исина — в следующем месяце, в то время как войска Ямутбала теперь с энтузиазмом присоединились к вавилонской армии для осады Ларсы. Хаммурапи запросил военную помощь у своих союзников, Мари и Мальгиума, и расположил свою резиденцию в Дильдабе. Некоторые подробности о ходе операций известны из докладов, отправленных Зимри-Лиму его военными посланниками, которые упоминают осадные башни, насыпи и тараны. Рим-Син отправил гонцов в Катну, вероятно, за помощью, но вавилоняне перехватили их. Примерно через шесть месяцев запасы зерна у защитников иссякли, и Ларса пала на фоне сообщений о ликовании войск. Захват города, вероятно, произошёл в конце года, поскольку самый ранний текст из Ларсы, датируемый временем правления Хаммурапи, был написан в двенадцатом месяце его тридцатого года правления. Завоевание Хаммурапи Ларсы является одним из немногих исторических событий Первой династии, сохранившихся в поздней клинописной традиции. В «Хроники ранних царей» (ABC 20) это зафиксировано следующим образом: «Хаммурапи, царь Вавилона, собрал свою армию и выступил против на Рим-Сина, царя Ура. Хаммурапи захватил Ур и Ларсу, перевёз их имущество в Вавилон. Он привёл Рим-Сина в Вавилон в шейных колодках»[8]. Хроника является очень поздним источником (VI век до н. э.), поэтому к ней следует относиться с осторожностью. Однако она кажется удивительно близкой к двум сообщениям, отправленным Зимри-Лиму о завоевании города, которые подтверждают, что вавилонские войска захватили Рим-Сина живым и увезли его в Вавилон вместе с его имуществом. В первом сообщении говорится, что «вавилонские войска вступили в войну и войска […] через городскую стену; рано утром люди […] вошли; и они вывели Рим-Сина живым»; а второе гласит: «Когда город Ларса был захвачен, Рим-Сина и его [… вместе с] его имуществом увезли в Вавилон». В 31-м году правления Хаммурапи (1763/1762 до н. э.) записана его победа над Рим-Сином: «Год, когда царь Хаммурапи, уповая на богов Ану и Энлиля, идущих впереди его войска, и обладая верховной властью, дарованной ему великими богами, разгромил войска Ямутбалы, покорил их царя Рим-Сина и привёл жителей Шумера и Аккада под свою власть». В течение нескольких лет Хаммурапи поддерживал двойной режим для бывшего царства, с отдельными названиями годов, административным делением, повторяющим деление правления Рим-Сина, и указом о возмещении ущерба, применяемым специально к его владениям. Однако в долгосрочной перспективе вся территория Ямутбала вошла в состав Вавилонского царства. Хаммурапи унаследовал от Рим-Сина титул «Отца амореев». Вместо прежнего правителя был посажен Син-иддинам, возможно, потомок сверженной Кудурмабугом династии, но уже только в качестве наместника вавилонского царя[9]. До нас дошла переписка Хаммурапи с ним, в которой затронуты самые разнообразные стороны государственного управления. В Ларсе Хаммурапи восстановил зиккурат и храм Шамаша Э-баббар, построенные там ещё Нарам-Сином.
Захват и разграбление Мари
В 31-м году (1762/1761 до н. э.), через год после завоевания Ларсы, Хаммурапи заявляет о победе над Эшнунной и завоевании Манкисума. Мы мало знаем об этой кампании, но на этот раз Зимри-Лим не оказал Вавилону военной помощи, а вместо этого отправил подарки Цилли-Сину, чтобы показать свою поддержку. Воинственные намерения Хаммурапи теперь стали ему ясны, особенно поскольку Вавилон недавно напрямую вмешался в дела в предгорьях Джебель-Синджара, который Мари считал находящимся в зоне своего влияния. Во время войны против Ларсы Ишме-Даган из Экаллатума начал военные действия против Атамрума из Андарига, союзника Зимри-Лима, и заручился поддержкой Эшнунны, тщетно пытаясь получить войска от Хаммурапи. После падения Ларсы и последующего примирения между Цилли-Сином и Хаммурапи, Ишме-Даган был вынужден отказаться от своего проекта и покинуть Экаллатум, по-видимому, снова ища убежища у вавилонян, несмотря на то, что Хаммурапи расценил свой недавний акт верности Эшнунне как своего рода предательство. Атамрум только что умер, не оставив наследников, и Хаммурапи послал армию из 20 000 солдат, чтобы уладить вопрос о его наследстве, разделив его царство на два меньших государства с явным намерением нейтрализовать их. Тем временем Зимри-Лим осадил Ашлакку на Хабуре, вассальное государство, которое только что восстало под предводительством своего царя Ибал-Адду, и опасался, что Хаммурапи воспользуется ситуацией, чтобы осадить Мари.
Последовавшие события доказывают полную обоснованность опасений Зимри-Лима. В 33-м году правления Хаммурапи зафиксировано завоевание Мари:

«Год, когда царь Хаммурапи вырыл канал (названный) „Хаммурапи — изобилие для народа“ (и когда он), возлюбленный богов Ан и Энлиль, установил вечные воды изобилия для Ниппура, Эриду, Ура, Ларсы, Урука и Исина, восстановил рассеянные Шумер и Аккад, разгромил в битве армию Мари и Мальгии и заставил Мари и её территорию, а также различные города Субарту жить под его властью в дружеских отношениях».
Государственные архивы Мари, наш основной источник до этого момента, не содержат никакой информации об этих походах. Археологические данные указывают на разграбление и разрушение города. Вавилонские войска просмотрели архивы и изъяли большую часть корреспонденции, отправленной из Вавилона и Халеба. На бирках, прикрепленных к корзинам с табличками, указано название тридцать второго года правления Хаммурапи, что подтверждает, что год взятия города — 1761 до н. э. Мы знаем ещё меньше о взятии Мальгиума, который также был союзником Хаммурапи в его конфликте с Ларсой. Название его тридцать пятого года (1759/1758 до н. э.) увековечивает разрушение стен Мари и Мальгиума, а надпись, составленная позже, напоминает о периоде, когда «он (Хаммурапи) захватил Мари и все его деревни, разрушил его стены и превратил землю в груды обломков и руин». В условиях окружения этих городов кочевыми племенами снос их стен был равносилен уничтожению самих городов. Хотя Хаммурапи и утверждал впоследствии, что «укрыл людей Малгиума во время бедствия и утвердил в богатстве их жилища» и «помиловал людей Мари», однако город Малгиум уже более никогда не возрождался, а город Мари потерял своё значение. У нас нет никаких сведений о дальнейшей судьбе Зимри-Лима, который, возможно, даже отсутствовал в своей столице во время её взятия. Вавилоняне также вели походы на севере (Субарту), и Хаммурапи, возможно, затем вновь посадил Ишме-Дагана на трон Экаллатума и Ашшура — в качестве вассала, поскольку в Ассирийском царском списке указано его сорокалетнее правление.
Походы Хаммурапи под конец царствования
Годы с 1759 по 1750 гораздо менее известны, поскольку архивы Мари больше не содержат информации о международной ситуации. В названиях годов Хаммурапи упоминаются две кампании в этот период: против армий Гутиума, Сутума, Турукку, Какму и земли Субарту на 37-м году правления (1757/1756 до н. э.) и против земли Субарту на 39-м году (1755/1754 до н. э.). Это указывает на то, что центр экспансии переместился в регион за Тигром и северный Ирак. Возможно, что в эту кампанию он покорил и Ассирию, о чём молчат датировочные формулы, но упоминает его стела с законами, там в прологе Хаммурапи говорит, что он распоряжался в Ашшуре («вернул в Ашшур его милостивого ламассу») и в Ниневии («в храме Эмишмиш дал воссиять имени Инанны»), то есть в основных центрах Ассирии. Также в одном из своих писем Хаммурапи упоминает о своём гарнизоне в Ассирии. Походы показали, что Хаммурапи не намерен продолжать с сыном Шамши-Адада Ишме-Даганом отношения вытекающие из заключённого им самим в своё время договора о «братстве» с Шамши-Ададом.
Архивы, найденные в Телль-эль-Римахе (вероятно, древнем Каттаре), между Тигром и Джебель-Синджаром, подтверждают претензии Хаммурапи на северную гегемонию. Около двухсот документов, включая письма и отчёты, датируемые приблизительно 1760—1754 годами до н. э., указывают на то, что городом в то время управлял от имени Хаммурапи прорицатель по имени Акба-Хамму, чья жена Илтани, получившая почти все письма, была сестрой Аскюр-Адду, предыдущего царя Караны, города, вероятно, недалеко от Каттары. Масштабы вавилонского контроля за пределами Мари и в треугольнике Хабур установить невозможно. В своем Кодексе Хаммурапи утверждает, что получил контроль над Евфратом, включая Мари и Туттуль, от бога Дагана. Однако некоторое время спустя после его смерти в среднем течении Евфрата возникло независимое царство, политическими центрами которого стали Терка и, возможно, возродившийся Мари. Эти территории образовали буферную зону между Халебом и Вавилоном. В этот момент представляется уместным говорить об империи на территориях, управляемых Хаммурапи, который теперь претендовал на гегемонистские титулы, такие как «царь Шумера и Аккада», принятый после взятия Ларсы, и «царь четырёх сторон света» или «царь, подчинивший четыре стороны света», оба подразумевающие всемирное господство. Он также принял новаторские титулы «царь амореев», «царь всей аморейской земли» и «вечное семя царской власти», что свидетельствует о появлении новой концепции царской легитимности, основанной не только на божественном избрании, как это было со времен Ранних династий, но и на родословной и происхождении, на которую, вероятно, повлиял интерес амореев к племенной и семейной родословной. Прошло три столетия со времен эпохального правления Шульги, и Вавилония вновь была объединена под единым правлением. Два важных источника проливают свет на последнее десятилетие правления Хаммурапи: Свод законов и официальная переписка между Хаммурапи и его чиновниками, найденная в Ларсе[10].
Однако всё же возникает впечатление, что в последние годы правления Хаммурапи его владения скорее сокращались, чем расширялись. Названия последних двух лет явно показывают, что он был вынужден обороняться, сражаясь близко от своей столицы. 42-й год (около 1751 до н. э.) указывает на строительство стены вдоль Тигра и Евфрата, а следующий год упоминает земляную стену, построенную для того, чтобы защитить (по-видимому, как крайнее средство) город Сиппар.

Внутренняя политика и законы Хаммурапи
Орошение полей и водные пути были предметом особенной заботы Хаммурапи. По его приказу сооружаются новые каналы (один из них называется «Хаммурапи, благословение народов»), очищаются старые (в Уруке, Дамане). Но ещё большее внимание Хаммурапи уделял правосудию. Уже в письмах и надписях эта сторона его деятельности выступает с достаточной ясностью. Так, в одном письме он даёт инструкцию о суде над взяточниками, в других занят делами о ростовщиках, в иных требует присылать ему в Вавилон людей, которые могли бы, будучи очевидцами, сообщить ему о делах, иногда требует ареста чиновников и тому подобное.
Хаммурапи также принадлежит древнейший из сохранившихся законодательных сборников, высеченный в камне на 35-й год правления Хаммурапи (около 1759 до н. э.).
Слава Хаммурапи в наше время основана на его Кодексе законов, наиболее хорошо сохранившаяся версия которого была обнаружена в Сузах столице Элама и в настоящее время выставлена в Лувре. Первоначально этот украшенный рисунками камень стоял в Сиппаре, но спустя 600 лет он был доставлен в Сузы в качестве трофея, добытого в результате успешного набега эламского царя Шутрук-Наххунте I на Вавилон, где и был позднее найден археологами. Кроме него, царь поставил такие же в других центрах: в вавилонской Эсагиле и в самих Сузах (от последнего также найдены фрагменты); в Ниппуре найден современный эпохе Хаммурапи фрагмент глиняной таблички.
Надписанный на более чем двухметровой стеле из черного базальта, это крупнейший сборник законов Древнего Ближнего Востока, и одно из самых впечатляющих наследий прошлого Ирака. Законы обрамлены прологом, и эпилогом, которые прославляют царя как законодателя и дают моральное оправдание его вмешательства в правовую сферу. Однако истинным источником вдохновения для законов является бог справедливости, бог солнца Шамаш, изображенный на вершине стелы в сидячем положении, а перед ним стоит Хаммурапи в жесте поклонения. Сами по себе законы насчитывают не менее 282 отдельных статей, но пробел в середине стелы препятствует полной реконструкции. Стиль законов в основном казуистический, то есть вместо предоставления общей абстрактной формулировки каждый закон представляет собой суть дела. Например, статья 3 гласит: «Если человек явится с целью дать ложные показания по делу, но не подтвердит своё обвинение, и если это дело связано с преступлением, караемым смертной казнью, то этот человек должен быть казнен».
Кодекс Хаммурапи представляет собой кульминацию долгой традиции. Ур-Намму из Ура и Липит-Иштар из Исина издали своды законов на шумерском языке. Сборник законов на аккадском языке, обнаруженный в Телль-Хармале (древний Шадуппум) близ Багдада, с дублирующим фрагментом из Телль-Хаддада (древний Ме-Туран) в Дияле, вероятно, следует приписать Дадуше из Эшнунны, предшествовавшему кодексу Хаммурапи на одно поколение. Некоторые сборники законов даже не были привязаны к конкретному правителю, а распространялись в качестве образцов в писцовых школах, что свидетельствует о том, что кодексы черпали вдохновение частично из схоластической традиции юридического письма. Кодекс Хаммурапи действительно достиг канонического статуса, заменив в этой функции Кодекс Ур-Намму, который до этого времени переписывался в школах. Многочисленные выдержки были обнаружены на глиняных табличках, некоторые из них — в библиотеке ассирийского царя Ашшурбанипала в Ниневии. Недавно в Сиппаре в храмовой библиотеке, датируемой VI веком, был обнаружен экземпляр его пролога. Примечательно, что в колофоне утверждается, что писец скопировал его со стелы, находившейся в Сузах, очевидно, той же самой, которую обнаружили французские археологи в 1901 году. Законы Хаммурапи повлияли на формулировку других законов в первом тысячелетии, включая нововавилонские законы и некоторые части библейских законов из Книги Второзакония. Литературный текст, написанный в VI веке до н. э., изображающий вавилонского правителя, вероятно, Навуходоносора II, как реформатора правовой практики, черпает вдохновение из первых пяти статей Кодекса Хаммурапи, представляя правителя как человека, глубоко погруженного в юридические вопросы, поднятые в них.
Несмотря на широкое влияние и распространение Кодекса, многие ассириологи и историки права ставят под сомнение его статус как законодательного акта. Некоторые из их оговорок кажутся вполне оправданными, учитывая, что у нас нет ни одного однозначного упоминания Кодекса ни в одном юридическом документе или судебном решении того периода. В то же время архивные документы ясно указывают на обязательный характер указов о возмещении ущерба (мешарум), изданных царями Первой династии, и ряд ученых теперь склонны рассматривать эти указы, а не кодексы, как реальный продукт законодательной деятельности.
Хотя Кодекс Хаммураби не формулирует всеобъемлющего законодательства, он также не представляет собой мешанину дел, заимствованных из предыдущих источников, без внутренней организации. Во многих случаях он переформулирует, изменяет и реорганизует предыдущие законы. В других областях он также вносит новшества, например, во введение lex talionis («око за око»), самые ранние известные примеры которого он приводит (статьи 195—205). Есть также свидетельства того, что по крайней мере некоторые статьи возникли из решений самого царя или, возможно, королевских судов. Один яркий пример встречается в письме к Син-иддинаму, где Хаммураби заявляет о своём намерении лично рассмотреть дело о грабителях, которые дважды проделали стену дома ювелира, прежде чем были пойманы. В письме не приводится подробностей царского вердикта, но, вероятно, оно послужило материалом для статьи 21 Кодекса, которая возглавляет небольшой раздел, посвященный краже и взлому: «Если человек сделал пролом в дом другого человека, то перед этим проломом его следует убить». С этой точки зрения Кодекс представляет собой кодифицированную юриспруденцию, а не кодифицированное право. При рассмотрении нового дела судьи, несомненно, могли бы извлечь принципы из Кодексов для его разрешения.
Таким образом, если Кодекс Хаммураби не функционировал как универсальное обязательное законодательство в современном понимании, его использование в качестве правового руководства могло бы поощряться в областях, непосредственно находящихся под государственным контролем, таких как королевские суды и управление королевскими владениями. Кодекс, безусловно, представляет собой вторжение монархии в область общего права с долгосрочными целями изменения и унификации правовой практики, даже если эти цели оставались в значительной степени теоретическими. Эти цели выражены в письме Хаммурапи Син-иддинаму, его чиновнику на посту в Ларсе, в котором он приказывает ему рассмотреть дело в соответствии с законом, действующим в бывшем королевстве Ларса (Ямутбал): «Когда они прибудут, изучите их дело, позаботьтесь об их деле и обеспечьте им справедливость в соответствии с правовой практикой (динум), которая сейчас применяется в Эмутбале, и убедитесь, что им будет оказана надлежащая справедливость». В письме Кодекс прямо не упоминается, возможно, он ещё не был принят. Тем не менее, формулировка королевского указа подразумевает, что вместо правовой практики, действовавшей ранее в несуществующем королевстве Ларса, Син-иддинам должен рассмотреть дело в соответствии с той, которая действует сейчас. Трудно отрицать, что Хаммурапи в данном случае ссылается на сборники судебных решений (динум), исходящие из его полномочий, такие как собранные в Кодексе.
Древневавилонское общество
Кодекс Хаммураби также дает много информации о структуре древневавилонского общества, которое он делит на три широких класса: высший класс (авилум), основная часть свободного населения (мушкенум) и несвободные рабы (вардум). Границы между рабами и другими классами кажутся четкими, и обязательные физические метки, такие как особая причёска, называемая аббутум, обеспечивали идентификацию первых. Согласно статье 226 Кодекса, цирюльник, который сбривал эту прическу без согласия владельца раба, мог быть наказан отрубанием кисти руки в качестве наказания. Большинство рабов либо родились в этом статусе, либо попали в него как военнопленные. Рабы могли выкупить свою свободу или вступить в брак с представителями высших классов, в этом случае их дети рождались свободными (статья 175): «Если либо дворцовый раб, либо же раб мушкенума взял в жены дочь полноправного человека и она родила сыновей, то хозяин раба не может предъявить иска к сыновьям дочери полноправного человека относительно рабства».
Кодекс также рассматривает долговое рабство, которое, вероятно, было распространенным явлением и могло быть аннулировано указами мешарум. Широко распространенное рабство, существовавшее в Греции и Риме или в плантационных экономиках Нового Света в ранний период Нового времени, по-видимому, не прижилось в Месопотамии, за исключением отдельных случаев, когда большое количество военнопленных привлекалось к выполнению определенных задач. Большая часть рабочей силы принадлежала к промежуточным слоям общества, таким как класс мушкенум. Мушкенумы составляли основную часть земледельческого населения, и, вероятно, низших слоёв городского общества, но более тонкие различия между авилумом и мушкенумом до сих пор являются предметом дискуссий. Авилум выполнял большинство официальных функций и осуществлял службу илькум, которая подразумевала привилегию владеть землей в качестве платы за услуги, оказанные государству. Мушкенумы, с другой стороны, подлежали трудовому договору и налогообложению. В текстах часто противопоставляются мушкенумы дворцу, что привело некоторых ученых к выводу, что принадлежность к дворцу является основной чертой класса авилумов. Кодекс иногда рассматривает классы по-разному. Закон талиона применялся только за преступления против авилума, в то время как денежной компенсации было достаточно за то же самое преступление против представителей низших классов. Таким образом, статьи 196 и 197 гласят: «Если кто-либо повредил глаз авилума, то должны выколоть ему глаз», и «Если кто-либо сломал кость авилума, то должны переломить ему кость». Статья 198, с другой стороны, снижает наказание, если преступление совершено против мушкенума, хотя предусмотренный штраф всё ещё представляет собой значительную компенсацию: «Если кто-либо повредил глаз мушкенума или сломал кость мушкенума, он должен заплатить одну мину серебра». Статья 199 дополнительно снижает штраф для раба авилума: «Если он повредил глаз раба авилума или сломал кость раба авилума, он должен заплатить половину его стоимости». Термин «awilum» содержит в себе некую двусмысленность, поскольку он также является стандартным словом для обозначения «человека, личности», и иногда трудно определить, подразумевает ли Кодекс «awilum» как «кто-то, любой человек» или как отсылку к высшему классу.
В Кодексе упоминаются несколько профессий и занятий, а также подробно рассматриваются некоторые аспекты общества. Учитывая частые войны во время правления Хаммураби, неудивительно, что ряд статей посвящен армии (статьи 26-39), состоящей в основном из двух типов солдат: редума (буквально «последователь») и баирума (буквально «рыбак»). Армия, по-видимому, была профессионализирована и подчинена государственной службе илькум, в рамках которой солдаты получали в качестве заработной платы земельный участок в пользование. Статья 26 предусматривает смертную казнь дезертирам или солдатам, которые нанимают замещающих лиц для выполнения своих обязанностей, в этом случае земля возвращается, а статья 33 подробно описывает такое же наказание для офицера, который принимает замещающих лиц: «Если сотник или десятник взял человека, не подлежащего призыву, или же он принял для царского похода наёмника и послал его в качестве замены, то этот сотник или десятник должен быть убит». Солдата, взятого в плен, могли заменить его сыном (статья 28), и если последний был слишком молод, мать сохраняла одну треть земли до достижения им совершеннолетия (статья 29). Такие законы были направлены на предотвращение превращения системы военного владения в наследственную и патримониальную. Небольшой архив из двадцати одного текста из города Супур-Шубула близ Киша, датируемый правлением Аби-Эшуха, предлагает необычные сведения о жизни редума по имени Убарум, чьей главной заботой, по-видимому, было наем замещающих лиц для законной обработки его земли, пока он исполнял свои военные обязанности. Такие опасения, должно быть, постоянно присутствовали в умах солдат, которые могли потерять свою землю, если бы оставили ее под паром. Это четко оговорено в статье 30 Кодекса: Если солдат редум или ба’ирум покидает свое поле, сад или дом из-за службы илькум и отсутствует, то другое лицо завладевает его полем, садом или домом, чтобы унаследовать его владения, и исполняет обязательство службы в течение трех лет, если он затем возвращается и заявляет права на свое поле, сад или дом, то они не будут ему возвращены; Тот, кто завладел им и выполнил свои служебные обязанности, должен продолжать выполнять службу илькум.
Большая часть Кодекса (статьи 127-94) посвящена различным аспектам семейного права (статус женщин, брак, наследование, семейное имущество, усыновление, сексуальные преступления). Вавилонское общество допускало многоженство среди мужчин, хотя позволить себе его могли только более состоятельные члены общества. У нас есть множество свидетельств из Марии о существовании царских наложниц во дворце. Тем не менее, только одна жена (асшату) имела законный статус. Браки заключались заранее и сопровождались помолвочным подарком (библум) и выкупом за невесту (терхатум), принесенными семьей жениха, а также приданым (шериктум), предоставленным невесте ее отцом. Развод и расторжение брака происходили только в исключительных случаях. Например, мужчина мог развестись со своей бесплодной женой только в том случае, если он вернул ей приданое и дал ей сумму серебра, эквивалентную выкупу за невесту (статья 138). С другой стороны, если женщина заболела болезнью ла’бум (вероятно, кожным заболеванием) после замужества, ее муж был обязан построить для нее специальное жилье и содержать ее до конца жизни (статья 148). Жена также могла отказаться от своего мужа, забрать приданое и вернуться в дом своего отца, если в ходе расследования было доказано, что она была добродетельной и безупречной, в то время как муж унижал ее и вел распутный образ жизни (статья 142). Однако, если она становилась распутной, растрачивала свое домашнее хозяйство и порочила мужа, ей грозила смертная казнь путем бросания в воду (статья 143). Кодекс предусматривает смертную казнь для неверной жены и ее любовника, если муж не вмешивался в ее пользу (статья 129), в то время как мужчина получал наказание такой же суровости только в том случае, если его заставали в половых отношениях со своей невесткой (статья 155), а мужчина, застигнутый в инцестуозной связи со своей собственной дочерью, получал только изгнание из своего города (статья 154). Многие статьи посвящены семейному наследству и, в особенности, наследственному праву, рассматривая различные ситуации, которые могут повлиять на перераспределение долей наследства, например, в отношении прав детей наложниц и рабов (статьи 170—176). Другие статьи касаются усыновления, предотвращая возвращение усыновленного ребенка его биологическими родителями, если приемный отец не обучил ребенка своему ремеслу (статья 188) или не отказался рассматривать его наравне с другими своими детьми (статья 190). Ребенок, который постоянно ищет свою биологическую мать и отца с момента усыновления, также может быть возвращен (статья 186).
Хаммурапи как администратор
Наши знания о Хаммурапи как администраторе в основном основаны на его переписке с двумя чиновниками, занимавшими должности в Ларсе после завоевания: Син-иддинамом и Шамаш-хазиром. Сохранение этой переписки обусловлено насильственными беспорядками в Ларсе во время правления Самсу-илуны, которые вынудили покинуть здания учреждений вместе с их архивами. Переписка односторонняя, поскольку у нас есть письма от Хаммурапи к этим чиновникам, но нет писем от них к царю. Эти письма, вероятно, хранились в Вавилоне. Известно около ста писем от Хаммурапи к Шамаш-хазиру. Шамаш-хазир носил титулы «писца полей» и «регистратора» (шассуку), две функции, которые, по-видимому, были более или менее идентичны. Син-иддинам, также получавший около ста писем, вероятно, занимал должность личного секретаря Хаммурапи (тупшар саккакким) до своего назначения в Ларсу. Одно письмо сообщает нам, что он отвечал за южную половину бывшего царства Ямутбал, называемого «нижней провинцией» (литум шаплитум), и осуществлял там власть над местными губернаторами. Хаммурапи затрагивал целый ряд вопросов в своей переписке с Син-иддинамом, которому приходилось заниматься управлением ирригационной системой (ремонт и очистка каналов; регулирование водоснабжения); регулированием календаря; армией (набор, дезертирство, распределение полей между солдатами); сбором налогов (часто передаваемых в аренду торговцам); сбор и управление рабочей силой; отправка крупного рогатого скота, овец и шерсти из дворцовых стад в Вавилон; различные юридические обязанности, такие как рассмотрение дел, и даже полицейская работа, включающая арест воров и возвращение украденного имущества. Хаммураби иногда просит его послать людей в Вавилон для самостоятельного расследования этого вопроса. В других случаях он поручает Син-иддинаму применять «царские постановления» (симдатум), термин, который, безусловно, относится к приказам, издаваемым из дворца, хотя неясно, как они соотносятся с правовыми кодексами и указами о возмещении ущерба. Что ещё важнее, переписка Синиддинама показывает, что все ресурсы бывшего царства Ямутбал направлялись в центральную администрацию в Вавилоне; не только налоги, но и доходы от царских владений бывших царей Ларсы, ныне частной вотчины Хаммурапи.
Переписка Шамаш-хазира в основном посвящена конфликтам по поводу распределения полей, что соответствует его функции земельного регистратора. Хотя Шамаш-хазир занимал более низкое положение в администрации, чем Син-иддинам, Хаммурапи напрямую взаимодействовал с ним по вопросам, входившим в сферу его ответственности. Однажды Хаммурапи даже приказал ему прийти к нему в Сиппар, для проверки всех документов его администрации за последние три года, и привести с собой всех землемеров и бухгалтеров, работавших с ним. Такой тщательный контроль над чиновниками среднего и низшего звена раскрывает важную сторону характера Хаммурапи как государственного деятеля: его неустанное микроуправление, которое проявляется во многих других письмах, в которых он, кажется, лично занимается жалобами простых граждан: «Поговорите с Син-иддинамом: так говорит Хаммурапи». Эпешилим, дворцовый страж, сообщил мне следующее: «Сын Лу-Асаллухи потребовал от меня поле, которое Шамаш-хазир, регистратор (шасуку), выделил мне, и присвоил мой ячмень. Также он потребовал от меня сад Этель-пи-Мардука и присвоил мои финики». Об этом он мне сообщил. Вот что я посылаю тебе, Эпешилим. Издай письменный приказ о вызове его противника к тебе и о том, чтобы он разобрался с делом, и если он действительно был несправедливо лишен своего поля и сада, верни ему поле, ячмень, сад и финики.
Скажи Шамаш-хазиру: Так говорит Хаммурапи. Пастух Или-иппалсам сообщил мне следующее: «В течение четырех лет Этель-пи-Мардук забирал у меня поле из трех буров, которое было запечатано для меня печатью моего господина, и он забирал с него зерно. Более того, я сообщил об этом Син-иддинаму, но оно не было возвращено мне». Так он сообщил мне. Я написал Син-иддинаму, что если это действительно так, как утверждает Или-иппалсам, а именно, что Этель-пи-Мардук забрал и использовал в течение четырех лет поле из трех буров, которое было запечатано для него дворцом, то нет ничего более вредного, чем это. Тщательно изучите обстоятельства этого дела и верните Или-иппальсаму поле в соответствии с документом, который был запечатан для него дворцом, и, кроме того, установите божественным оружием (количество) зерна, которое Этель-пи-Мардук в течение четырех лет брал с этого поля, и отдайте его пастуху Или-иппальсаму. Наконец, пришлите мне отчёт об этом деле.
Если мы посмотрим на архивный корпус из Ларсы, охватывающий последние тринадцать лет Хаммурапи и первые двенадцать лет его сына Самсу-илуны, кажется странным, что так мало писем последнего всплыло на поверхность. Это может указывать на то, что Самсу-илуна полагался на высшие эшелоны своей администрации в надзоре за всем механизмом, в то время как Хаммурапи заботился о том, чтобы контролировать все детали самостоятельно, возможно, чтобы предотвратить распространение коррупции и создание административных вотчин, бедственное положение всех древних государств. Это может объяснить его успех как государственного деятеля и создателя империи.
Дворец и государственная экономика
Много внимания уделялось роли дворца (или государства) в экономике древневавилонского периода. Историки часто предполагали, что государство контролировало и регулировало большую часть экономики, но это впечатление проистекает из одностороннего характера наших источников, которые в основном получены от крупных организаций. Должны были существовать значительные секторы мелких частных производителей, которые не оставили следов в документации. Дворец передал часть своих владений сельскохозяйственным предпринимателям, называемым ишиаккум (для полей, производящих зерно) и шанданаккум (для финиковых садов), которые взамен платили государству арендную плату (билтум) и нанимали субподрядчиков для выполнения работ. Государство поддерживало инфраструктуру орошения и предоставляло предпринимателям тягловую технику, животных и сельскохозяйственные орудия. Подобная практика всё ещё существовала в Вавилонии тысячелетие спустя и хорошо засвидетельствована для храмов, которые владели обширными латифундиями, такими как Эанна в Уруке. Свидетельства периодических сбоев системы также существуют в оба периода, когда предприниматели и арендаторы накапливали задолженность по неоплаченной арендной плате из-за неурожая, вынуждая правителей Первой династии периодически списывать эти долги своими указами о возмещении ущерба.
Вавилония вошла в мир денежной экономики только в конце первого тысячелетия. Поскольку денег не существовало, каждый, кто работал на государство, получал в качестве заработной платы продукты питания и основные продукты. Некоторые также получали поле в пользование за свои услуги, система, которая, как мы видели, хорошо известна для солдат. Наши источники обычно называют такие поля шукуссум, что означает буквально «[поле] для пропитания», но связь этого института с илкумом службой оценить непросто. Все поля шукуссу, возможно, фактически подразумевали выполнение илкума. Получатели земли могли обрабатывать её самостоятельно или нанимать арендаторов. Государство также владело большими стадами скота и нанимало профессиональных пастухов, которые должны были доставлять различные продукты, получаемые от стад (шерсть, шкуры). Другим важным участником государственной экономики были купцы (тамкару), большинство из которых были частными предпринимателями, предлагавшими свои услуги крупным учреждениям, таким как храм и дворец, хотя некоторые из них фигурируют как царские чиновники. Купцы выполняли две важные функции для государства: импорт ресурсов, которых не хватало на аллювиальной равнине Вавилона (древесина, камни, металлы), и коммерциализацию излишков, производимых в царских владениях (шерсть, кожа, продукты питания, такие как рыба, финики, зерно). Влиятельная школа мысли отрицала существование реального рынка в Вавилонии, утверждая, что государство устанавливало цены и осуществляло монополии на основные товары. Такая политика действительно существовала, но её применение было нерегулярным и часто направлено на обеспечение равенства. Накопились свидетельства существования колебаний цен, обусловленных факторами, принципиально не отличающимися от тех, которые регулируют рыночную экономику. Поэтому древневавилонские купцы действовали в рамках привычной системы просчитанных рисков и изменяющейся прибыли, во многом подобно своим древнеассирийским предшественникам, деятельность которых известна гораздо подробнее.
Правил Хаммурапи 43 года. Сохранилось письмо сына Хаммурапи Самсу-илуны, которое показывает, что последний захватил трон ещё до смерти своего больного отца.
Совокупные данные из списков дат и архивных документов указывают на то, что продолжительность правления, указанная в списке царей B, не всегда точна. Например, в списке царей B указано пятьдесят пять лет правления Хаммурапи, в то время как согласно спискам дат и всем другим источникам его правление длилось сорок три года. Однако следует помнить, что этот список царей относится к нововавилонскому периоду, и что при переписывании табличек могли быть допущены ошибки.
Список датировочных формул Хаммурапи
| 1 год 1793 / 1792 до н. э. |
|
| 2 год 1792 / 1791 до н. э. |
|
| 3 год 1791 / 1790 до н. э. |
a
b
|
| 4 год 1790 / 1789 до н. э. |
|
| 5 год 1789 / 1788 до н. э. |
|
| 6 год 1788 / 1787 до н. э. |
|
| 7 год 1787 / 1786 до н. э. |
|
| 8 год 1786 / 1785 до н. э. |
|
| 9 год 1785 / 1784 до н. э. |
|
| 10 год 1784 / 1783 до н. э. |
a
b
|
| 11 год 1783 / 1782 до н. э. |
|
| 12 год 1782 / 1781 до н. э. |
|
| 13 год 1781 / 1780 до н. э. |
a
b
|
| 14 год 1780 / 1779 до н. э. |
|
| 15 год 1779 / 1778 до н. э. |
a
b
c
|
| 16 год 1778 / 1777 до н. э. |
|
| 17 год 1777 / 1776 до н. э. |
|
| 18 год 1776 / 1775 до н. э. |
|
| 19 год 1775 / 1774 до н. э. |
|
| 20 год 1774 / 1773 до н. э. |
a
b
|
| 21 год 1773 / 1772 до н. э. |
a
b
|
| 22 год 1772 / 1771 до н. э. |
a
b
c
|
| 23 год 1771 / 1770 до н. э. |
|
| 24 год 1770 / 1769 до н. э. |
a
b
|
| 25 год 1769 / 1768 до н. э. |
|
| 26 год 1768 / 1767 до н. э. |
|
| 27 год 1767 / 1766 до н. э. |
a
b
|
| 28 год 1766 / 1765 до н. э. |
|
| 29 год 1765 / 1764 до н. э. |
|
| 30 год 1764 / 1763 до н. э. |
a
b
|
| 31 год 1763 / 1762 до н. э. |
a
b
|
| 32 год 1762 / 1761 до н. э. |
a
b
|
| 33 год 1761 / 1760 до н. э. |
|
| 34 год 1760 / 1759 до н. э. |
|
| 35 год 1759 / 1758 до н. э. |
a
b
|
| 36 год 1758 / 1757 до н. э. |
|
| 37 год 1757 / 1756 до н. э. |
|
| 38 год 1756 / 1755 до н. э. |
a
b
c
|
| 39 год 1755 / 1754 до н. э. |
a
b
|
| 40 год 1754 / 1753 до н. э. |
a
b
c
d
|
| 41 год 1753 / 1752 до н. э. |
|
| 42 год 1752 / 1751 до н. э. |
a
b
|
| 43 год 1751 / 1750 до н. э. |
a
b
|
| a | a
b
c
d
|
| b |
|
| c |
|
| d |
|
| e |
|
| f |
|
| g |
|
| h |
|
| i |
|
| I Вавилонская (аморейская) династия | ||
Предшественник: Син-мубаллит |
царь Вавилона ок. 1793/1792 — 1751/1750 до н. э. (правил 43 года) |
Преемник: Самсу-илуна |
См. также
Примечания
- ↑ Шарпен Д. Хаммурапи, царь Вавилона. — С. 43.
- ↑ Шарпен Д. Хаммурапи, царь Вавилона. — С. 43–47.
- ↑ Шарпен Д. Хаммурапи, царь Вавилона. — С. 47.
- ↑ История Древнего Востока. Зарождение древнейших классовых обществ и первые очаги рабовладельческой цивилизации. Часть 1. Месопотамия. — С. 361—.
- ↑ 5,0 5,1 История Древнего Востока. Зарождение древнейших классовых обществ и первые очаги рабовладельческой цивилизации. Часть 1. Месопотамия. — С. 361.
- ↑ 6,0 6,1 История Древнего Востока. Зарождение древнейших классовых обществ и первые очаги рабовладельческой цивилизации. Часть 1. Месопотамия. — С. 362.
- ↑ ARM I 129 (LAPO 17 544)
- ↑ Хроники ранних царей (ABC 20), строки B.8–B.12
- ↑ История Древнего Востока. Зарождение древнейших классовых обществ и первые очаги рабовладельческой цивилизации. Часть 1. Месопотамия. — С. 362—363.
- ↑ История Древнего Востока. Зарождение древнейших классовых обществ и первые очаги рабовладельческой цивилизации. Часть 1. Месопотамия. — С. 363.
- ↑ Reallexikon der Assyriologie und vorderasiatischen Archaologie (Berlin 1928 ff.) / Энциклопедия ассириологии и ближневосточной археологии (Берлин 1928 и далее)
- ↑ Cuneiform Texts from Babylonian Tablets in the British Museum (London 1896 ff.) / Клинописные тексты вавилонских табличек Британского музея (Лондон 1896 и далее)
- ↑ The Babylonian Expedition of the University of Pennsylvania (Philadelphia 1893 ff.) / Вавилонская экспедиция Пенсильванского университета (Филадельфия 1893 и след.)
- ↑ Museum siglum of the British Museum, London / Музейная сигла в Британском музее, Лондон
- ↑ H. de Genouillac, Premieres recherches archeologiques a Kich / H. Genouillace, первые археологические исследования в Кише
- ↑ M. Çig/H. Kizilyay/F. R. Kraus, Altbabylonische Rechtsurkunden aus Nippur (Istanbul 1952) / Старовавилонские правовые документы из Ниппура (Стамбул 1952)
- ↑ Vorderasiatische Schriftdenkmaler / Письменные памятники Ближнего Востока
- ↑ Textes cunéiformes, Musées du Louvre (Paris 1910 ff.) / Клинописные тексты, Лувр (Париж 1910 и след.)
- ↑ Journal of Cuneiform Studies (New Haven . . . Baltimore 1947 ff.) / Журнал исследований клинописи (Нью-Хейвен... Балтимор 1947 и след.)
- ↑ University of Pennsylvania, Publications of the Babylonian Section (Philadelphia 1911 ff.) / Университет Пенсильвании, публикации в вавилонском разделе (Филадельфия 1911 и след.)
Литература
- История Древнего Востока. Зарождение древнейших классовых обществ и первые очаги рабовладельческой цивилизации. Часть 1. Месопотамия / Под редакцией И. М. Дьяконова. — М.: Главная редакция восточной литературы издательства «Наука», 1983. — 534 с. — 25 050 экз.
- Тураев Б. А. История Древнего Востока / Под редакцией Струве В. В. и Снегирёва И. Л. — 2-е стереот. изд. — Л.: Соцэкгиз, 1935. — Т. 1. — 15 250 экз.
- Шарпен Д. Хаммурапи, царь Вавилона / Отв. ред. Л. Е. Коган ; пер. с фр. Б. Е. Александрова. — М.: Российский гос. гуманитарный ун-т (РГГУ), 2013. — 310, [6] с. — ISBN 978-5-7281-1368-3.
- Древний Восток и античность. // Правители Мира. Хронологическо-генеалогические таблицы по всемирной истории в 4 тт. / Автор-составитель В. В. Эрлихман. — Т. 1.
Ссылки
- Хаммураби // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1903. — Т. XXXVII. — С. 35.
- Хаммураби // Еврейская энциклопедия Брокгауза и Ефрона. — СПб., 1913. — Т. 15. — Стб. 531.
- Хаммурапи / В. В. Емельянов // Уланд — Хватцев. — М. : Большая российская энциклопедия, 2017. — (Большая российская энциклопедия : [в 35 т.] / гл. ред. Ю. С. Осипов ; 2004—2017, т. 33). — ISBN 978-5-85270-370-5.
- Список датировочных формул Хаммурапи
- Законы вавилонского царя Хаммурапи (полный текст) в Электронной библиотеке Исторического факультета МГУ им. М. В. Ломоносова