Асабия
Асаби́йя, или Асаби́я, асиайя (араб. عصبية) — это термин, относящийся к социальной солидарности, где акцент делается на сплоченность и единство, групповое сознание, чувство общей цели и социального единства. Первоначально употреблялся в контексте «трайбализма» и «клановости». В современный период этот термин обычно отождествляется с солидарностью, коллективной ответственностью. Предложивший этот термин средневековый арабский философ Ибн Хальдун объяснял асабией этногенез, развитие, расцвет и упадок обществ и цивилизаций, что позволяет современным исследователям соотносить его термин с гумилевской «пассионарностью»[1].
История
Это понятие было достаточно распространено в доисламскую эпоху, но приобрело популярность в «Мукаддиме» Ибн Хальдуна (Вали ад-Дин Абд ар-Рахман Ибн Мухаммад Ибн Хальдун, 1332—1406), в которой он понимается как фундаментальная взаимосвязь индивидуумов в человеческом обществе. Ибн Хальдун понимает это понятие как основную движущую силу истории. Теория асабии разрабатывалась для описания и объяснения истории Магриба в Северной Африке. Ибн Хальдун также утверждал, что асабия циклична и непосредственным образом связана с ростом и падением цивилизаций: асабия наиболее сильно проявляется на этапе зарождения цивилизации, когда племена «Пустыни» побеждают цивилизованных «Горожан» с более низкой асабией, и образуют правящую династию. Так, наиболее высокий уровень асабии Ибн Халдун находит у людей, чья жизни полна опасностей (бедуинов). Однако, как утверждает Ибн Халдун, в условиях цивилизации, асабия неизбежно снижается, и примерно через 4—5 поколений её уровень настолько снижается, что образованное государство саморазрушается по причине внутренних конфликтов. Среди причин ослабления асабии можно назвать, во-первых, стремление нового лидера монополизировать власть, и как следствие всю славу победы. Для этого новый лидер начинает вести борьбу со своими конкурентами, с которыми ещё недавно они были товарищами. Система власти быстро приобретает иерархию, а бывшая сплоченность превращается в наёмничество. Во-вторых, естественное стремление правителей к роскоши. Роскошь становится знаком статуса и власти. Поскольку для нижестоящих чиновников высшим образцом для подражания являются высшие, а высшие не могут допустить, чтобы кто-то из низших превзошёл их в роскоши/статусе, то тяга к престижному потреблению и контроль над ним быстро распространяются вверх и вниз по иерархии. Привычка к роскоши естественным образом, особенно при смене поколений, ведёт к смещению мотивации на сохранение во что бы то ни стало достигнутого уровня и качества жизни[2].
Обзор
Ибн Хальдун начинает объяснение асабии с утверждения о том, что человек не может жить вне группы и нуждается в помощи и взаимодействии с товарищами, и лишь сплоченная группа может обеспечить себе безопасность. Принадлежность к коллективу также необходима для приобретения ремесленных и технических навыков и для интеллектуального общения.
Следующее утверждение Ибн Хальдуна — группы имеют разные способности для совместных действий. Отсюда вытекает понимание иерархической природы этнических групп, где каждый уровень имеет собственную асабию. В целях сохранения общности, группа, стоящая на более высокой ступени по иерархической лестнице, должна иметь более сильную асабию, нежели группы, стоящие ниже. Кроме того, Ибн Хальдун подчеркивал, что лидерство или правление в группе должно принадлежать семейству или роду, имеющему самые сильные и естественные права управлять другими асабиями.
В Мукаддиме объясняется, как создается и разрушается асабия. Асабия, по Ибн Хальдуну, является результатом «социального общения, дружеских связей, длительных знакомств и товарищеских отношений». Она не является константой: в первой итерации нарастает, сплачивая племя, потом достигает предела, когда внутри сообщества образуется элита с высоким уровнем богатства и потребления, а прочие члены сообщества стремятся ей подражать (что впоследствии описывалось философом ХХ века Рене Жираром как мимезис)[1].
Поскольку ресурсы и богатства предельны, а количество их соискателей растёт при том, что верховный правитель (султан) пытается избавиться от всех тех, кто помнит его равным себе, начинается замена пассионариев (носителей «асабии») на чиновников, ведомых не идеями, а исключительно корыстью. Этот сдвиг происходит на всех слоях власти: подвластные султану эмиры меняют своих вассалов, перераспределяя блага в пользу новых слуг в обмен на их службу. Чем дольше живет система власти, тем больше она обрастает приспешниками, и там больше растут аппетиты власти в целом при по-прежнему конечном количестве ресурсов[1].
Недостающие ресурсы пробуют взыскать, вводя новые поборы и придумывая новые механизмы перераспределения благ, но это порождает недовольство простонародья при определённом равнодушии новых приспешников[1].
Пытаясь удержаться, власть[1]:
- начинает монументальное строительство («правитель расходует свою энергию на <…> строительство монументальных сооружений, гигантских строений, больших городов, и высоких построек»;
- пытается повысить дипломатический престиж страны («дары благородным посольствам из других держав и племен»);
- одаривает наиболее рьяных приспешников;
- демонстрирует силу и благоденствие, тратя огромные средства на выплаты воинам и увеличивая их число.
Вывод Ибн Хальдуна звучит крайне современно: «Правящий класс, достигший полной монополии власти, с течением времени разрастается и увеличивает свои потребности, что снижает его способность адекватно реагировать на истощение общественных ресурсов, упадок хозяйственной активности, обнищание и деградацию населения, утрату могущества. В этих условиях попытки демонстрации мощи и благоденствия перед внешними соперниками и своим населением, подкуп приспешников могут отсрочить, но не могут предотвратить крах режима и смену власти»[1].
5 фаз развития
В последней части «Мукаддимы» учёный детализировал свою концепцию исторических циклов, рассматривая пять фаз развития государства, определяющих и нравы, царящие в обществе. Хотя его выводы основывались на наблюдениях за правящими династиями Магриба и Андалусии, во многом они носят вневременной характер[3].
«Первая - фаза победы и достижения цели»[4]. На этой стадии происходит оформление государственной власти. Люди из примитивного общества переходят к более цивилизованной форме общежития. На этой стадии ещё нет единоличной власти, и все члены правящего клана наравне упиваются плодами своего положения[3].
Вторая - фаза закабаления жителей государства и единоличного захвата власти, когда обуздывается стремление правящего клана соучаствовать во власти»[4]. В этот период государь окружает себя новыми людьми, чтобы отстранить и подальше отдалить от себя близкородственных претендентов на власть, то есть идёт борьба с «близкими» при помощи поддержки «дальних»[3].
«Третья - фаза отдыха и покоя, когда пожинаются плоды власти, дабы удовлетворить естество человеческое, стремящееся стяжать богатство, увековечить свой след и обрести широкую известность»[4]. Растут налоги, так как необходимо строить новые города, дворцы, «прикармливать» своё окружение, задабривать подчиненных[3].
«Четвёртая - фаза нетребовательности и замирения. Государь удовлетворяется тем, что создали его предшественники, живёт в мире с другими владыками и со своими смертельными врагами. Подражая предкам, он идёт за ними след в след. Придерживаясь точно их пути, он уверен, что стоит ему отойти в сторону - и всё разладится: предкам лучше знать, как созидалось здание силы, ими воздвигнутое»[4].
«Пятая - фаза расточительства и растраты. Собранное предшественниками государь губит в погоне за удовольствиями, потакая страстям и стремясь облагодетельствовать челядь, растрачивает на своих сборищах. Он заводит дурных дружков и мерзких прихвостней, поручает им величайшие дела, с которыми они справиться никак не в силах, ибо не ведают, что там к чему. Так он разрушает основанное предками, разваливает ими созданное. На этой фазе государство настигает природа дряхлости, его поражает хроническая болезнь, от которой уже не оправиться и не излечиться. А затем государство гибнет»[4].
Критика
По своей сути асабия означает приверженность и поддержку человеком группы людей, имеющей с ним близкие отношения (как правило, кровные родственные), то есть человек приписывает себя этой группе людей по какому-либо признаку (в том числе по признаку вероисповедания). Человек принимает позицию этой группы независимо от того, права ли эта группа или нет, притесняется ли она кем-либо, либо сама притесняет других.
Такая манера поведения и мышления притупляет сознание человека, он перестает думать и оценивать ситуацию — то насколько действия группы, к которой он себя приписывает, справедливы, правильны и правомерны. Отсюда у человека появляются такие качества как высокомерие, надменность, тщеславность.
С точки зрения мусульманской религии асабия опасна тем, что она вызывает чувство необоснованного превосходства над другими. Асабия формирует у человека чувство уверенности в том, что он лучше, чем другие люди, и эти другие люди имеют низший статус по отношению к нему. Таким образом, человек, имеющий такое чувство асабии в своем сознании, ставит себя и группу людей, к которой он принадлежит, на более высокий социальный уровень по отношению к другим людям и группам людей.
Асабия против внутреннего конфликта
Люди от природы разные, напоминает современный политический философ Павел Щелин, поэтому лучшие человеческие качества — стремление к самовыражению, профессиональному и общественному совершенствованию — проявляются в конкуренции, а значит, предполагают и проигравших. Накопление конфликта в обществе приводит к гражданской войне[5].
Однако разность потенциалов в обществе может приводить не к конфликту, а к резонансу. Тогда разные таланты ради внешней цели создают консонанс, синергию, вспышку энергии, которую Ибн Хальдун называл асабия. Конкуренция происходит внутри сообщества, асабия направлена вовне. Внешней целью в истории зачастую выступал образ врага, но это может быть и покорение космоса, и создание царства Божия на земле, говорит Щелин. Однако суть современного исторического кризиса в том, что западная цивилизация уже 400 лет живет в имитации веры, в "Левиафане" Гоббса, когда элиты пытаются заменить веру и высшее начало какими-то подделками. Ведь если общество не видит высшей цели, оно обречено на распад. Общество потребления и культ успеха и богатства придуманы как одна из попыток создать ложную систему координат, но даже самые успешные и богатые не могут избежать вопросов о смысле жизни[5].
Читайте также
Примечания
- ↑ 1,0 1,1 1,2 1,3 1,4 1,5 Александр Иванов. Забытые имена: Ибн Хальдун – человек, описавший законы экономики за 400 лет до Адама Смита. Московская международная высшая школа бизнеса МИРБИС (3 ноября 2017).
- ↑ Розов, 2006.
- ↑ 3,0 3,1 3,2 3,3 Кириченко Олег Игорьевич. Историософская концепция Ибн Хальдуна // Вестник Майкопского государственного технологического университета. 2009. №1.
- ↑ 4,0 4,1 4,2 4,3 4,4 Ибн Хальдун. Ал-Мукаддима // Историко-философский ежегодник / [сост., пер. с араб. и примеч. А.В.Смирнова]. - Москва, 2008. - с. 183-185.
- ↑ 5,0 5,1 Евгений Голуб, Павел Щелин. Миметический кризис. В поисках смысла. Парадокс Пинкера. Подкаст (23 октября 2023).
Литература
- Сазанов В. М. Социальные сети и технологии. М., 2010.
- Иванов Н. А. «Китаб аль-ибар» ибн Халдуна как источник по истории стран Северной Африки в 19 в. // Арабский сборник, М., 1959.
- Ибн Халдун Аль-Мукаддима = Введение / пер. А. В. Смирнова // Историко-философский ежегодник. 2007. М.: Наука, 2008, стр.187-217
- Розов Н. С. Закон Ибн Халдуна. К чему может привести рост коррупции и силового принуждения в России // Политический класс. — 2006. — № 16.