Просинец
Просинец (рус. январь, болг. просинец, словен. prosinec) — славянское название месяца, следовавшего за зимним солнцестоянием, и самого зимнего солнцестояния как времени поворота от темноты к свету, от зимы к лету. Соответствует декабрю-январю в юлианском календаре, но не совпадает с ними и исчисляется от зимнего солнцестояния до очередного за ним новолуния[1].
Значение
Советский исследователь народной культуры Виктор Евгеньевич Гусев характеризовал просинец как краеугольную веху народного калентаря, поскольку многие прочие точки отсчёта были привязаны к лунному и солнечному циклу года и климатическим условиям, в которых велась сельскохозяйственная деятельность славян и поэтому даты начала и конца месяцев были подвижными. Само название дня зимнего солнцестояния (просинец) «отражает наблюдение о переходе от темноты к свету, а тем самым — от зимы к лету»[1][2].
В. И. Чичеров считал, что на зимнее солнцестояние у древних славян приходилось начало аграрного года[3].
Гусев указывал, что смысл зимней (святочной) обрядности у всех славян указывает на подготовку нового цикла сельскохозяйственных работ: на неё направлены религиозные представления, магические обряды и практические заботы земледельца. «Исключительное значение святочной обрядности, зачинающей аграрный год, и то обстоятельство, что «просинец» — единственное праславянское название месяца в календарной номенклатуре, связанное с постоянным астрономическим явлением, а не с неустойчивыми сезонными явлениями в области флоры или фауны, побуждает нас начинать исчисление месяцев славянского лунно-солнечного календаря именно с этого месяца»[1].
В славянской мифологии Просинец связывали с Ярилом-Солнцем, которое греет землю всё больше. Существовала легенда, что в этот день Бог Крышень остановил смерти простых людей от холода, подарив им огонь[4][неавторитетный источник?].
Датировка
Большинство исследователей славянской культуры сходятся во мнении, что сельскохозяйственный цикл был привязан к лунно-солнечному календарю, а поскольку 12 лунных месяцев составляют 354,4 суток (то есть лунный год почти на 11 суток короче солнечного года), необходимо было время от времени делать дополнения, чтобы привести аграрный год в соответствие с солнечным, для чего в календарь нужно было вставить дополнительный, 13-й месяц - это называется интеркаляция[1]. Чехословацкий фольклорист Владимир Шаур предполагал, что 13-й месяц вставлялся регулярно через каждые три года перед первым месяцем весны[5], то есть мартом, однако Виктор Гусев считал эту версию сомнительной[1]: автор специального труда по хронологии древнего мира И. И. Бикерман отмечает, что дополнительные месяцы вводились нерегулярно, иногда в течение одного сельскохозяйственного года, через неравные промежутки времени, иногда через год, в зависимости от практических нужд[6].
С течением времени и применённый после принятия христианства юлианский календарь отставал от астрономического (через 128 лет — на сутки), поэтому дата зимнего солнцестояния постепенно передвигалась с 21 декабря к середине декабря. Разрыв между началом года по юлианскому и славянскому календарям увеличился до двух недель ко времени принятия славянами христианства. Ко времени первых переводов книг с греческого на старославянский и древнерусский языки (IX—XII вв.) зимнее солнцестояние приходилось на середину декабря по юлианскому календарю. В русском народном календаре оно закрепилось за 12 декабря, в православном церковном календаре это день почитания Тримифийского епископа Спиридона, поэтому в народе этот день получил названия Спиридон-Поворот, Спиридон-Солоноворот, Спиридон-Солнцеворот, и именно к этому дню относится русская народная примета «солнце на лето, зима на мороз»[1].
Виктор Евгеньевич Гусев отмечал, что в праславянском календаре присутствовали некоторые относительно устойчивые опоры, соответствующие наиболее важным вехам в постоянно изменяющихся соотношениях между лунными месяцами и солнечным циклом. Такими «опорами» он считал: «просинец», указывающий на постоянный, регулярно повторяющийся процесс прибавления продолжительности дня после зимнего солнцеворота, и «серпень», указывающий на главное событие в жизни земледельца — жатву[1]: особое значение имело то, чтобы традиционное название этого месяца совпадало с действительной уборкой урожая[7].
В Остромировом Евангелии (XI в.) и Четвероевангелии (XII в.) «просинцем» назывался январь, хотя на деле просинец обозначал первый месяц после зимнего солнцеворота. Поэтому у чехов, сербов и хорватов просинцем стал называться декабрь, а у словенцев, отчасти у хорватов — январь. Подвижными рамками месяцев по народному календарю объясняется и то, что древнеславянские названия и последующих месяцев могли относиться не к одному, а к двум соседним месяцам юлианского календаря. Так, наименование «сечен» относится в древнерусских памятниках ХI—ХII вв. к январю и к февралю. В некоторых современных славянских языках оно закрепилось за январем (укр. сiчень, сербохорв. сечањ). Февраль так назывался иногда у хорватов, у гуцулов и у нижнелужицких сербов. У белорусов, украинцев и поляков февраль сохранил другое название, известное и древнерусскому языку, — «лютый»[8].
См. также
Примечания
- ↑ 1,0 1,1 1,2 1,3 1,4 1,5 1,6 О реконструкции праславянского календаря (К проблеме этногенеза славян). // Гусев В. Е. Очерки славянской культуры: Письма. Статьи. Доклады. Полевые материалы / ред.-сост. С. В. Кучепатова. — СПб.: РИИИ, 2012. — С. 83—100.
- ↑ Фасмер М. Этимологический словарь русского языка. — М., 1971. — Т. III. — С. 377.
- ↑ Чичеров В. И. Зимний период русского народного земледельческого календаря XVI—XIX веков. — М.: Изд-во Акад. наук СССР, 1957 — С. 64—68. Начало года у древних народов приходилось на самое различное время: на весну (Древний Восток, Рим), лето (Афины, Дельфы), осень (Родос, Македония, Византия), зиму (Беотия, Китай).
- ↑ Просинец или Водокрес. Мастерская Ярило. Горница дома мастеров славянских оберегов.
- ↑ В. Шаур (Брно). К вопросу о реконструкции праславянских названий месяцев. - Этимология (сборник научных работ), под ред. Ж.Ж. Варбот, Л.А. Гиндина, Г.А. Климова, В.А. Меркуловой, В.Н. Топорова, О.Н. Трубачева. М.: Издательство "Наука", 1971.—408 с. - с. 93-101.
- ↑ Бикерман Э. Хронология древнего мира. - С. 19, 22, 24, 27, 38.
- ↑ Характерно, что на Древнем Востоке интеркаляция подгонялась так, чтобы месяц «жатвы ячменя» совпалал со временем фактической жатвы (Бикерман Э. Хронология древнего мира. С. 19).
- ↑ Названия времен года и месяцев у славян. // В кн.: Гусев В. Е. Очерки славянской культуры: Письма. Статьи. Доклады. Полевые материалы / ред.-сост. С. В. Кучепатова. СПб.: РИИИ, 2012. С.101-108.
Литература
- Вялкина Л. В. Славянские названия месяцев // Общеславянский лингвистический атлас. Материалы и исследования. 1970. — М.: Наука, 1972. — С. 265—279.
- Гусев В. Е. Названия времен года и месяцев у славян // Очерки славянской культуры
- Гусев В. Е. О реконструкции праславянского календаря (к проблеме этногенеза славян) // Советская этнография. — 1978. — № 6. — С. 132—143.
- Максимович М. А. Дни и месяцы украинского селянина // Собрание сочинений. — К.: Тип. М. П. Фрица, 1877. — Т. II. — С. 463—524.
- Толстая С. М. Месяцы // Славянские древности. — М.: Международные отношения, 2004. — Т. 3. — С. 236—241.
- Шаур В. К вопросу о реконструкции праславянских названий месяцев // Этимология 1971. — М.: Наука, 1973. — С. 93—101.
- Кравців Б. М. Народний календар // Енциклопедія українознавства. — Париж, Нью-Йорк: 1966. — Т. 5. — 1697—1698. (укр.)
- Критенко А. П. Місяці року // Українська Радянська Енциклопедія. — К.: Академія наук УРСР, 1959. — Т. 9. — С. 246. (переиздание. — 1982. — Т. 7. — С. 39.) (укр.)
- Німчук В. В. Давньоруська спадщина в лексиці української мови. — К.: Наукова думка, 1992. — 412 с. (укр.)
- Hołyńska-Baranowa T. Ukraińskie nazwy miesięcy na tle ogólnosłowiańskim. — Wrocław-Warszawa-Kraków: Zakład Narodowy im. Ossolińskich, 1969. — 129 s. (польск.)