Портрет Муртазы Кули-хана

В. Л. Боровиковский

Портрет Муртазы Кули-хана. 1796 год

Холст, масло. 284 × 189,5 см

Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

инв. Ж-5010

«Портрет Муртазы Кули-хана» — картина русского художника Владимира Лукича Боровиковского из собрания Государственного Русского музея с авторскими предварительными эскизами из Государственной Третьяковской галереи и Тверской областной картинной галереи. На картине на фоне горного пейзажа и реки изображён принц персидской династии Каджаров Муртаза Кули-хан, третий брат шаха Ага Мухаммед-хана, за ним видны люди его свиты.

История заказа картины

Муртаза Кули-хан в борьбе за трон со своим старшим братом потерпел поражение, был лишён владений, бежал в Россию и в конце 1795 прибыл в Санкт-Петербург, где был принят под своё покровительство Екатериной II. Императрица в письме к барону Ф. М. Гримму от 14 декабря 1795 года писала: «Вот уже около месяца у нас гостит персидский вельможа по имени Муртаза Кули-кан, которого его брат Ага Мехмет-кан лишил имущества и который нашел убежище в России; это остроумный человек, полный мягкости и учтивости. Он попросил показать ему Эрмитаж; сегодня он посетил его уже в четвертый раз; он проводит там по три-четыре часа, рассматривая все вокруг; он смотрит на всё как истинный знаток; то, что прекраснее всего во всех отношениях, поражает его, но ничто другое не ускользает от его внимания» .

Картина была заказана Боровиковскому Екатериной II в первой половине 1796 года. Перед художником впервые была поставлена задача создать «парадное изображение, которое своими внушительными размерами и художественными особенностями должно было соответствовать важности содержания как портрета высокопоставленной особы и служить украшением дворцовых зал».

Эскизы

Боровиковским было создано три небольших эскиза, которые находятся в собраниях Третьяковской галереи, Тверской областной картинной галереи и Русского музея. Во всех трёх фигура Муртазы Кули-хана отличается от финальной работы некоторой приземистостью, по мнению исследовательницы творчества Боровиковского Т. В. Алексеевой, «в ней нет подтянутости, а также подчёркнутости движений и совершенно отсутствует контраст между фигурой и фоном, между холодными тонами одежды и бледным лицом» . Все эскизы написаны достаточно тонко и проработанно, все они отличаются друг от друга фоновым пейзажем, наличием или отсутствием фигур свиты изображённого, деталями его одежд, общей колористической тональностью.

• 
  Эскиз из Третьяковской галереи
• 
  Эскиз из Твери
• 
  Эскиз из Русского музея

Вариант из Третьяковской галереи

Наиболее ранним считается эскиз из собрания Государственной Третьяковской галереи (холст, масло; 58,8 × 42,5 см; слева внизу по сухой краске процарапана подпись художника: Боровиковскiй 1796; инв. № 101). Здесь Муртаза Кули-хан одет в тёмно-зелёный нижний халат, оторочка верхнего халата — коричневым мехом. Деревья справа высотой по плечо персонажу, гора слева — с раздвоенной вершиной, фигуры всадников свиты отсутствуют: «этому эскизу в наибольшей мере присуща <…> интимная простота в изображении модели» . Сотрудники Третьяковской галереи отмечают, что «художник эпохи сентиментализма, Боровиковский не мог не обратить внимания на эмоциональный аспект внутренней жизни своего героя – изгнанника, вынужденного искать пристанища на чужбине. Однако эта тонкая внутренняя характеристика вступает в определенный диссонанс с концепцией парадного портрета – произведения, призванного в первую очередь подчеркнуть общественное значение модели, высоту ее социального статуса». В итоге Боровиковский от такого «лично-интимного» решения отказался. В целом здесь заметно, что Боровиковского в первую очередь интересовало соотношение фигуры персонажа и пейзажного фона.

История бытования этого эскиза до конца неясна. На подрамнике сохранилась полустёртая надпись: 1822 года 2 ноября в знак дружбы от полковника Н. П. Порохов[щикова] . На основании этой надписи высказывается предположение, что эскиз некоторое время оставался в мастерской Боровиковского, затем им был продан и далее несколько раз менял владельцев. В 1881 году его у некоего Памкунова при содействии Д. В. Григоровича купил П. М. Третьяков

Вариант из Твери

Другой вариант находится в Тверской областной картинной галерее (холст, масло; 66,8 × 49,5 см; инв. № Ж-1210). Здесь Муртаза Кули-хан изображён в тёмно-лиловом нижнем халате. В целом картина выдержана в зеленоватых тонах, которым «подчинены нерезко звучащие пятна красного и красновато-коричневого (сапоги, оторочки халата), синего (чувяки) и многочисленные оттенки (голубые, розовато-жёлтые, сиренево-миние, серо-зеленоватые) чрезвычайно живописно переданного пейзажного фона». В целом гамма картины выглядит теплее, чем на финальном холсте. Деревья справа несколько «подросли», горная вершина слева изображена по-прежнему раздвоенной, но главное отличие от предыдущего эскиза — появление в глубине стаффажных фигур всадников свиты.

На обороте эскиза имеется старинная наклейка с надписью чернилами: Шахъ Персидскiй. Портретъ эскизной съ натуры писанъ Боровиковскимъ. Алексеева предполагает, что этот эскиз мог принадлежать самому Муртазе Кули-хану: известно, что, уезжая в Астрахань, он забрал с собой из Санкт-Петербурга немало произведений живописи, в том числе 22 пожалованных ему Екатериной II портрета членов императорской семьи. После смерти Муртазы Кули-хана император Александр I в 1801 году приказал вернуть в Кабинет портреты царской семьи, а все остальные вещи повелел продать в Астрахани с публичных торгов, среди которых возможно был и этот эскиз. Сам эскиз Боровиковского был обнаружен в 1947 году, приобретён у неустановленного частного лица Закупочной комиссией и передан в Калининскую (ныне Тверскую) областную картинную галерею, «выяснить его историю не представляется возможным»

Вариант из Русского музея

Третий эскиз находится, как и основная картина, в Государственном Русском музее (холст, масло; 74 × 53,5 см; инв. № Ж-3166. Он очень близок к варианту из Твери, но цвет нижнего халата персонажа вновь тёмно-зелёный, как на эскизе из Третьяковской галереи. Общая гамма — холодно-зелёная, отливающая синим. Стаффажным фигурам персиян из свиты был придан условно-«танцующий» характер, свойственный европейской живописи рококо середины XVIII века. Но в «большом полотне этот специфический рокайльный ритм исчезает».

Этот эскиз был представлен на утверждение императрице Екатерине II. После утверждения и окончания работы над итоговой картиной эскиз был выкуплен казной. 30 октября 1829 года министр императорского двора светлейший князь П. М. Волконский писал хранителю Эрмитажа Ф. И. Лабенскому: «Государь император высочайше повелеть соизволил: хранящиеся в кладовой Эрмитажа <…> портрет Персидского посла Муртаза Кулы Хана, писанный Боровиковским под № 214, отдать в Императорскую Академию художеств». Несмотря на то, что номер 214 по эрмитажной описи принадлежит окончательному варианту, в музей ИАХ был отдан именно малый вариант, поскольку большой холст оставался в Эрмитаже вплоть до конца XIX века.

Вероятно после этого на обороте эскиза была сделана надпись чёрной краской: Муртаза-Кули-Ханъ работы покойнаго Боровиковскаго, а после поступления в музей ИАХ на подрамнике проставлен штамп: И. А. Х. Музей. В 1923 году картина была передана в Русский музей.

Окончательный вариант

Картина написана масляными красками на холсте, её размер 284 × 189,5 см. Справа внизу на камне подпись художника и дата: Писалъ Боровиковскiй 1796 года. В правом нижнем углу красной краской нанесён номер 214 (под этим номером картина значилась в описях Императорского Эрмитажа). На обороте чернилами проставлен номер 2558. После написания портрет сразу поступил в собрание Императорского Эрмитажа и там находился чуть больше столетия. В 1897 году был образован Русский музей и большой портрет Муртазы Кули-хана, вместе со всем собранием картин русской школы был передан туда. В современные описи Русского музея картина внесена под № Ж-5010.

По сравнению с предшествующими эскизами, на окончательном варианте работы Муратаза Кули-хан одет в нижний халат светло-лилового цвета, оторочка верхнего халата стала совсем тёмно-коричневой, почти чёрной. Деревья справа стали расти на обрывистом склоне и «вытянулись» по всей высоте картины, тем самым вместе со склоном образуя своеобразную кулису, вся правая сторона оказалась затемнена большим облаком. Левая сторона пейзажа, наоборот, оказалась высветленной. Гора стала более пологой и у неё исчезла вторая вершина, гору стала омывать большая река — тем самым у пейзажа появилась большая глубина. Существенные изменения коснулись и стаффажных фигур — другой поворот шеи коня обозначил его движение назад, что придало большую динамику свите принца. Общая гамма картины, по сравнению с эскизами, стала гораздо холоднее.

Сотрудники Русского музея следующими словами характеризуют картину:

Здесь, как и в других парадных портретах, созданных Боровиковским, репрезентативность совмещается с правдивыми наблюдениями. Поразительный предметный иллюзионизм, с которым написаны восточные одежды, говорит об удивительном таланте передачи материальной красоты мира.

Т. В. Алексеева даёт более развёрнутую характеристику:

В самой постановке фигуры и её окружении нет помпезности и усложнённости ритмов, которые отличали не только многие более ранние произведения, но и современные Боровиковскому портреты Екатерины II или П. А. Зубова в одеянии кавалера Андреевского ордена, выполненные Лампи. Фигура Муртазы Кули-хана изображена в продуманно эффектном фронтальном развороте и благодаря пониженному горизонту и окутывающей пейзаж холодной дымке заметно возвышается над пространством. Но вместе с тем в жестах и позе принца есть нечто привычное и естественное, лицо кажется неожиданно серьёзным и почти задумчиво-грустным. <…> Этот отпечаток утончённости и культуры лежит на облике модели в изображении Боровиковского, создаваемый и самим относительно сдержанным и строгим стилем портрета. Средством монументализации служит прежде всего цветовое решение портрета, основанное на контрастном сопоставлении широких красочных плоскостей. <…> Широкое гибко-свободное письмо сочетается с миниатюрно-тщательной, как бы «графической» выписанностью деталей украшений, что становится характерным для живописной манеры художника во многих произведениях.

Оба упомянутых портрета работы Лампи-старшего также находятся в собрании Русского музея .

Литература

• Алексеева Т. В. Владимир Лукич Боровиковский и русская культура на рубеже 18—19 веков. — М.: Искусство, 1975. — 424 с.
• Государственная Третьяковская галерея: каталог собрания / Под общей редакцией Я. В. Брука и Л. И. Иовлевой. — М., 2015. — Т. 2: Живопись XVIII века. — 408 с. — ISBN 978-5-89580-077-5.
• Государственный Русский музей — каталог собрания / Под. ред. Г. Н. Голдовского. — СПб.: Palace Editions, 1998. — Т. 1: Живопись XVIII века. — 206 с. — ISBN 5-900872-73-4.
• Сборник Императорского русского исторического общества. — СПб.: Типография Императорской Академии наук, 1878. — Т. 23: Письма императрицы Екатерины II к Гримму (1774—1796) изданные с пояснительными примечаниями Я. Грота. — VIII, 734 с.